Лили

В десять вечера послышались шаги. Сердце подпрыгнуло у нее в груди. Дверь открылась, и в комнату впорхнула Лауди.

– Что это ты вся красная, как рак? – заметила она, вглядываясь в лицо подруги в неверном свете свечи. – Может, у тебя жар?

– Гэйлин только что о тебе справлялся, а я и говорю: Лили, мол, ведет себя молодцом, нечего тебе об ней тревожиться, а тут прихожу, и глядь – ты вся горишь, как в лихорадке.

– Никакой лихорадки у меня нет, просто я тебя так поздно не ждала, и ты меня немного напугала, вот и все.

– Ну ладно, коли так. Да, Гэйлин вот просил тебе передать.

Лили протянула руку и взяла небольшой предмет, умещавшийся на ладони, который протягивала ей Лауди.

Странная игрушка представляла собой два деревянных цилиндра, один из которых помещался внутри другого. Меньший цилиндрик был снабжен косо торчащей вверх ручкой.

– Это он сам выстрогал. Дерни за ручку. Лили повернула ручку, и раздался тонкий пронзительный звук, похожий на чириканье.

Лауди засмеялась и захлопала в ладоши.

– Это манок для птиц! Правда, хитрая штучка? Давай еще разок.

Лили послушалась и тоже засмеялась, но тотчас же застонала, ухватившись за бок.

– Ой, Лауди, какой чудный подарок! Просто прелесть! Скажи Гэйлину от меня спасибо. Завтра же попробую приманить птичек прямо к окну.

– Ты ему нравишься, – простодушно пояснила Лауди. – Если бы у тебя не было своего кавалера, я бы его ужас как к тебе приревновала. Лили Траблфилд.

Лили грустно улыбнулась в ответ, а Лауди принялась хлопотать вокруг нее как ни в чем не бывало.

– А ну-ка, давай выпей вот это и живо спать.

– Но я не хочу, Лауди, мне это больше не нужно.

– Это последняя порция, выпей, и дело с концом. Ну давай, в последний раз! Откройте ротик, мисс Надутые Губки! Ну вот, не так уж все и страшно!

– Тебе легко говорить!

Лили сморщилась, стараясь удержаться от тошноты, которую неизменно вызывал у нее горький привкус настойки опия. По крайней мере это конец. Она надеялась, что больше ей в жизни не придется проглотить ни капли подобной гадости.

– Угадай, какие новости!

– У нас новая экономка.

– А вот и может! Миссис Кармайкл, прошу любить и жаловать. Родом из Тедберна и говорит правильно, как ты. Говорят, ее нашла и прислала сестра хозяина. Приехала она только сегодня и – представляешь! – не стала нас заставлять читать молитвы после ужина! Годами помоложе Хау и вежливая, вроде незлая. Гэйлин говорит, она ничего.

– Значит, так и есть.

Веки Лили уже начали тяжелеть. Тут ей в голову пришла мысль:

– Лауди, я знаю, ты, конечно, так и не попала на методистскую проповедь в прошлое воскресенье, из-за… того, что случилось со мной, но, может, Гэйлин один пошел?

– Ясное дело, нет! Он тоже из-за тебя чуть с ума не сошел.