Ликвидаторы

Они ушли в глухой тупичок, за поворот – туда, где никто не мог увидеть, что собирается сделать лейтенант полиции.

Вернее, теперь тупичок не был глухим – это в другое, обычное время пожарную дверь крепко запирали на засовы, так, чтобы студенты, поздно возвращающиеся в общагу, не могли воспользоваться лазейкой. Чтобы обязательно проходили через контрольный пункт, где было положено прикладывать пластиковую идентификационную карту к сканеру. Таким способом руководство колледжа накапливало «полезную статистику» – сопоставляло успеваемость со временем возвращения домой.

А вот сейчас «черная» дверь была не заперта. Она тихонько скрипнула, чуть подалась в сторону, едва-едва заметно, но Сергей мысленно поблагодарил ветер за эту подсказку. И в ту секунду, когда лейтенант Эскудо выдернул пистолет из кобуры, первобытное нечто, живущее глубоко внутри Сергея, окончательно победило разум. Воронин словно видел намерения офицера полиции за долю секунды до того, как Эскудо реализовывал их. И по приподнимавшемуся стволу пистолета Сергей ударил ногой, а потом резко – изо всех сил – толкнул опешившего, ослабившего хватку полицейского на стену.

Прыжок к двери. Мощный рывок. Дикий страх, не сравнимый ни с чем, пережитым ранее. Что, если успеет выстрелить? Сергей скрюченными судорогой пальцами оттолкнулся от стены, рыбкой прыгнул в невысокие кусты. Больно ударился коленом обо что-то твердое. Перед глазами вспыхнули белые точки-искры. Вскочил на ноги, понимая, что нет ни секунды на слабость, рванул вперед так, как ни разу не бегал спринт – ни во время тестов на зачет, ни во время соревнований.

Краешком глаза успел заметить, как справа, в трех шагах, треснул и раскололся ствол березы, потом что-то тяжелое и басовитое прогудело над правым ухом. От ужаса Сергей прыгнул на стальную решетку, со звериным воем, с рыданием. Каким-то чудом перебросил тело через ограду, неловко грохнулся на мостовую. Что-то стрельнуло в левой ноге, но тут еще одна пуля тенькнула по металлу, угодив не в мягкое тело, а в решетку, и это придало Сергею новое ускорение. Он и без дополнительных подсказок понимал, что уже довел до бешенства собственного ангела-хранителя: тот делал все возможное, чтобы уберечь Воронина, и беглецу следовало быть чуть-чуть порасторопнее в ответ на заботу высших сил.

Прыжок в разрез между двумя мобилями. Скрип тормозов, отчаянная площадная брань за спиной. Сразу же после этого – новый визг тормозов, глухой удар металла о металл. Сергей не оборачивался, понимая, что у него нет и десятой доли секунды на глупости.

Прыжок на лестницу. Сверхреактивный подъем до станции скоростного трамвая.