Ликвидаторы

Озверевший Клещ перевел гепл в режим непрерывного огня, превратил оболочку в пепел и пар. А потом махнул рукой, давая знак: пошли обратно!

…Долго копали могилу в хлюпающей грязи для Сынка, убитого обезьянорысью. Оказалось, под куском брезента, где лежало тело, неведомо откуда появились жуки и черви. Увидев это, сержант решил не плодить заразу.

Сынка опустили в яму, заполненную водой, сверху забросали комьями жирной грязи. Это уже не казалось диким, смерть стала чем-то привычным. Тупо, механически втыкая лопату в чавкающую грязь, а потом наваливая ее на мертвого Сынка, Воронин думал о том, что Наркоша, наверное, был прав.

Илана убьет их всех. Чуть раньше или чуть позже. Они допустили ошибку, высадившись здесь.

Решение Клеща продолжить расчистку дороги к контейнеру показалось Сергею абсурдным. Сначала он хотел возразить, сказать, что сержант перепутал, здесь не армия, где сражаются до последнего человека, до последнего патрона, но потом передумал. Усталость, бессонница, шок от смертей товарищей выпили силы и энергию.

Он равнодушно поднялся с места – была не его смена дежурить в лагере. Значит, на выход. Воронин взял бронекожу и начал влезать в нее – медленно, вяло, совсем не так, как в первые дни. Не так, как молодых и резвых учили на тренинг-базе. Теперь все изменилось, уже не походило на героическую сказку, которую когда-то раньше рисовало воображение.

…Три часа он, как робот-автомат, валил деревья, сжигал огнем генератора плазмы сучья, кроны, стволы. Вытравливал черную полосу на пути к контейнеру и по сторонам, чтобы никакие обезьяны и кошки не сумели свалиться на голову, застать врасплох.

Теперь бойцы зонд-команды могли работать только втроем, но от этого фронт работ не сократился, Клещ не рискнул сузить дорогу, которую прорубали через джунгли. Наоборот, после знакомства с обезьянорысью черную полосу еще больше расширили. Длина ее составляла всего тридцать-сорок метров, так, чтобы и позади контейнера появилось голое пространство, зато ширина просеки постепенно выросла с тридцати метров до пятидесяти. Клещ страховался от новых неприятностей.

Около трех часов смена валила деревья, затем отступила к лагерю – вяло и апатично, будто люди пребывали во сне. Там Дэл, Отец и Белоснежка приняли дежурство, проще говоря, сели на ящики в вершинах треугольника базы, а вторая тройка, которая отдыхала, выдвинулась на борьбу с джунглями. Теперь дежурство по лагерю считалось отдыхом…

К вечеру они сумели сделать то, что требовалось, – проложили широкую просеку до огромного металлического ящика.

– На сегодня хватит! – решил сержант. – Отдыхаем…

Только полноценного отдыха все равно не получилось. Шестеро бойцов – это лишь две тройки.