Ликвидатор. Исповедь легендарного киллера

В «восвояси» было холодно, а по пути ещё и таможенники взяли пошлину за вывоз товара, скрытно напичканного винтовкой и патронами к ней."

"Теперь нужно было сделать один звонок, а, точнее, сделать выбор, кому звонить: Грише, чтобы поведать о разговоре с Андреем, или Андрею, с душещипательным рассказом о своей поездке, а может, и вовсе солгать. Сделав вид, что только вернулся с отдыха. Утаивать о ней бесполезно при звонке одному и второму — всё равно узнают, а вот мотивировать придётся, но как — вопрос! Пахло полной задницей, не просто чёрной полосой после белой на жизненном теле зебры, а именно той самой, единственной, в которую попадаешь лишь однажды на своём земном пути, но для меня это единственное пахло своеобразно — запахом смерти. Постольку, поскольку рассчитывать я мог только на себя, пришлось брать микроскопический пятизарядный «Ля фабрик», нож-пряжку, зонтик-стилет. Хотя к чему это?

Французскую мелкашку я вложил в специально сшитый кармашек в паху и срезал оба передних кармана на брюках, чтобы удобнее было доставать — стилет обнажался мгновенно, а раскрывавшийся при этом зонт скрывал руки и давал выиграть целую секунду чужого замешательства. Но этот момент может помочь, если их будет двое, ну, максимум трое, но ожидалось гораздо больше, два плюс пять-семь человек и, как всегда, собака — огромный переросток, овчарка, «Грэг» весом в 90 килограмм.

Почему не придерживаться плана без одного звена — смерти Гриши? Да потому, что я стану врагом и для него и для них, не возникнет сумятицы и суеты, а нужно будет только цель найти. Всех не спрячешь, так же, как и навсегда не исчезнешь.

Потом я уже чётко знал две вещи — с Пылёвыми наши цели совпадали, правда, они ещё об этом не знали, и без меня им до Гусятинского не добраться, а это веский аргумент. С тем и поехал. Разумеется, часов за пять до встречи. Квартира, где временно, а тогда все жили где-то временно, находилась в стороне от Ленинского проспекта. Подъездов к дому было несколько, но вход только один. И даже оставляя машины за квартал, все входили в поле моего зрения. Подошли по-серьёзному, оцепив визуально даже внешний периметр. Пятеро зашло в подъезд. Теперь наступила и моя очередь. Пока шёл, казалось, по расстановке внешней и присутствию народу внутри квартиры, будто иду в расставленную западню, выхода из которой нет. Но логика, анализ и интересы говорили, что дома я буду уже через пару-тройку часов, находясь ещё в большей безопасности, чем прежде, хотя кто знает.

В коридоре сидел послушный только одному хозяину «Грэг», а за закрытой дверью в первую комнату слышались приглушённые голоса, которые, когда проходил мимо, затихли.