Ликвидация. Книга вторая

Согласно новому плану развития города, утвержденному после войны, здесь собирались разбить большой детский парк. В сторонке, забросив автоматы за спину, млели от жары и скуки четверо солдат конвойных войск МВД.

Раздалось грозное рычание моторов. На пустырь вкатил большой «Автозак» на шасси «Студебеккера», за ним следовало еще два таких же грузовика, но уже обычных, набитых солдатами. Подчиняясь хлестким командам, они быстро построились в две шеренги, окружив «Автозак» и направив на него автоматы. Пленные и конвоиры, разинув рот, наблюдали за происходящим.

— На выход! — гаркнул командир комендантской роты, распахивая заднюю дверь фургона. — Руки за голову, к стене, быстро!

Из дверей «Автозака» показались одесские воровские авторитеты. Были среди них и Писка, и Мужик Дерьмо, и дядя Ешта. Щурясь от яркого солнечного света, непонимающе глядя на застывших солдат, воры сгрудились у кирпичной стены. «Автозак», разгрузившись, развернулся и уехал.

Мужик Дерьмо, взмахнув руками, тараном ринулся на оцепление, прямо на стволы. И в следующий момент покатился по земле от умелого удара прикладом…

Командир роты, молодой капитан, подошел к нему:— Вставайте…

От спокойного и вежливого обращения Мужик Дерьмо растерялся. Молча поднявшись, прихрамывая, отошел к группе своих товарищей по несчастью. Вслед ему капитан кинул полную пачку папирос:

— Курите.

— А водки, гражданин начальник? — тонким голосом осведомился, высунувшись вперед, Мадамский Пальчик.

Лица солдат не дрогнули. Офицер тоже бровью не повел. Молча взглянул на часы и начал, заложив руки за спину, расхаживать перед строем своих подчиненных…

Недоумевающе переглянувшись со своими, Писка подхватил с земли брошенную пачку, ловким движением ногтя разорвал пополам, извлек большой папиросный обломок. Но Мужик Дерьмо вырвал у него из рук пачку и бросил оземь. Сопя, вытащил из кармана свои папиросы — «Норд». Авторитеты так же молча, по очереди потянулись к нему.

Где-то рядом снова зашумел мотор. И на пустырь влетел, подпрыгивая и раскачиваясь на ухабах, еще один бортовой «Студебеккер». Хлопая задним незапертым бортом, грузовик заложил крутой вираж направо, затормозил и осторожно двинулся задним ходом к кирпичной стене. Солдаты оцепления молча раздались, чтобы пропустить его, и снова сомкнули строй.

Арестованные, замерев, смотрели на кузов подъехавшего грузовика. Там не было ничего, кроме обыкновенного станкового пулемета «максим». Не доехав до группы воров буквально десяти метров, грузовик замер. Из кабины выпрыгнул такой знакомый арестованным Гоцман в своем черном пиджачке и, несмотря на лютую жару, кепочке. Ни на кого не глядя, он перемахнул через борт машины и, оказавшись в кузове, начал умело, споро заряжать пулемет.