Все лики любви

А у нас тут слушок шуршит, что губернатор ваш не в фаворе стал, провинился кое в чем, да и высказался неправильно в парочке интервью. Словом, я рекомендовал тебя, тем более ты на всю страну со своей работой в районе отличился, отгрохал там такого! К тому же тебя не подденешь, к ногтю не придавишь, у тебя сплошные частные инвестиции и целевые траты бюджетных средств. Окупаются хоть?

– Ну, не за год-два, – развел руками Бармин, – но динамика стабильно положительная, потенциал развития большой, мои инвесторы довольны.

– Вот и садись на область, – распорядился Дудин, – и развернись там.

– Особые полномочия дадите? – принялся торговаться Егор, уже загоревшись новой идеей и масштабами предложенных возможностей.

– Дадим, – вздохнул Антон Григорьевич. – Только повторять захват власти, как в районе, не разрешим. Тут ситуация другая, глава администрации без нареканий, считай, ушел, да и народ там посерьезней, чем твои районные, и связи у них покруче. Придумывай иной демарш, как их под себя выстроить, – и посмотрел с прищуром на Егора: – Я так понимаю, ты согласен.

– Согласен, – улыбнулся Бармин.

Второй год он глава администрации области, территория которой побольше некоторых европейских стран будет, не Люксембурга, если вы решили съязвить по этому поводу. Область сложная, но есть тыл и огромная поддержка в родном теперь уж районе, где практически сто процентов населения за него. Егор оставил вместо себя одного из молодых помощников, с собой забрал второго, ну и Василия, разумеется.

Наверное, надо про парня рассказать. Василий при Бармине что-то вроде адъютанта по особым делам. Огромный такой мужик, как богатырь с простецкой, казалось бы, внешностью и совершенный хитрован. Острейший ум, смекалка, сообразительность и реакция. И абсолютно предан Бармину, который спас Василию жизнь. Так получилось.

Подходя к подъезду своего дома, Егор заметил метрах в тридцати справа, как пятеро мужиков колотят кого-то, и тот еще двигается, и отбивается, и скидывает их с себя, когда его пытаются завалить на землю, и матерится во всю ивановскую. Бармин подивился с уважением, но тут заметил, как блеснула в руке у одного из нападавших сталь ножа. Без лишних размышлений он достал газовый пистолет, с которым приходилось тогда ходить, начальник безопасности требовал, и выстрелил в воздух. Газовый-то он газовый, но грохот производит вполне реальный.

Мужички замерли, переглянулись, посмотрели на Егора и двинулись в его сторону, выяснять, видимо, кто это тут, не убоявшись, на них тявкает.

– Я Бармин! – спокойно заявил Егор. – В лицо вас всех запомнил, как я стреляю, вы знаете.