Лихорадка

И, судя по компьютерной томографии, у него нет ни опухолей, ни признаков кровоизлияния в мозг. Так что и это тоже хорошо.

– Тогда что с ним? Почему он это сделал?

– Я не знаю, Ванда. А вы?

Она напряглась, будто изо всех сил стараясь придумать ответ.

– Он был словно… не в себе. Почти всю неделю.

– Что вы имеете в виду?

– Он был несдержан, злился на всех. Ругался, хлопал дверьми. Я думала, это все из-за развода. Он так тяжело это переживал…

Клэр очень не хотелось затрагивать следующую тему, но она была вынуждена спросить:

– А как насчет наркотиков, Ванда? Дело в том, что они очень сильно влияют на психику ребенка. Как вы думаете, он не мог баловаться чем-нибудь?

– Кажется, вы не слишком уверены в этом.

– Нет, просто… – Она сглотнула, и слезы заблестели в ее глазах. – У меня такое чувство, что он стал совсем чужим. Он мой сын, но я едва его узнаю.

– Были какие-нибудь тревожные признаки?

– Он всегда был трудным ребенком. Поэтому доктор Помрой и считал, что у него, возможно, синдром дефицита внимания. В последнее время стало гораздо хуже. Особенно с тех пор, как он связался с этой ужасной компанией.

– Эти ребята живут на нашей улице. Джей-Ди и Эдди Рейды. И еще этот Скотти Брэкстон. У всех четверых мальчишек уже были неприятности с полицией в марте. На прошлой неделе я сказала Тейлору, чтобы он держался подальше от братьев Рейдов. Вот тогда у нас произошла первая серьезная стычка. И он ударил меня.

– Тейлор ударил вас?

Ванда уронила голову, словно жертва, стыдящаяся своего унижения.

– С тех пор мы почти не общались. А если вдруг и начинали о чем-то говорить, становилось ясно… – Ее голос опустился до шепота. – Что ненавидим друг друга.

Клэр заботливо сжала руку Ванды.

– Можете мне не верить, но неприязнь к собственному сыну-подростку абсолютно нормальное явление.

– Но ведь я еще и боюсь его! Вот что самое страшное. Я не только испытываю к нему неприязнь, но и боюсь! Когда он меня ударил, я почувствовала себя так, словно опять живу с его отцом. – Она дотронулась пальцами до губ, словно вспоминая былую рану. – Мы с Полом до сих пор ведем тяжбу. Боремся за опеку над сыном, который не любит ни его, ни меня.

Пискнул пейджер Клэр. Она просмотрела сообщение и увидела, что ее вызывает лаборатория.

– Извините, – сказала она и вышла из часовни в вестибюль, чтобы позвонить.

Трубку снял Энтони, старший лаборант.

– Доктор Эллиот, лаборатория Бангора только что прислала дополнительные данные по анализам Тейлора.

– Есть какие-нибудь положительные реакции по отдельным исследованиям?

– Боюсь, что нет. В крови не обнаружено никаких признаков алкоголя, марихуаны, опиоидов или амфетаминов. Результат отрицательный по всем наркотическим средствам, о которых вы запрашивали.