Лихорадка

Клэр увидела прямо над собой три перекошенных лица – полицейские оттаскивали мальчишку. Наконец им удалось скрутить Тейлора и усадить его на место, хотя тот не оставлял попыток вырваться.

Линкольн схватил ее за руку и помог подняться.

– Все в порядке, – заверила она, откашливая пух. – Нет, правда, все нормально.

– Он укусил меня! – воскликнул один из полицейских. – Смотрите, кровь!

Даже будучи прикованным к стулу, мальчишка отчаянно сопротивлялся, пытался вырваться.

– Пустите меня! – истошно вопил он. – Я убью вас всех, если вы не отпустите меня!

– Да его, черт возьми, в клетку надо!

– Нет. Нет, здесь что-то серьезное, – проговорила Клэр. – Похоже, у него наркотический психоз. Фенциклидин или амфетамины. – Она повернулась к Линкольну. – Нужно, чтобы мальчика доставили в больницу. Немедленно.

– Пациент слишком активен, – сказал доктор Чепмен, рентгенолог. – Боюсь, мы не сможем получить четкую картину.

Клэр подалась вперед, пристально разглядывая на мониторе компьютера первый поперечный срез мозга Тейлора Дарнелла. Каждый снимок – сборище пикселей, сформированное тысячами мелких рентгеновских лучей. Направленные под разными углами на одну и ту же плоскость, лучи распознают жидкость, твердую материю и воздух, которые потом передаются на экране с разной плотностью.

– Видите, как все размыто? – Чепмен указал на созданное движением пятно.

– Боюсь, без анестезии мы не сможем его утихомирить.

Клэр покачала головой.

– У него и так помутнение рассудка. Я не хочу рисковать с анестезией. Мне бы сейчас понять хотя бы общую картину, прежде чем делать поясничную пункцию.

– Вы действительно считаете, что эти симптомы объясняются энцефалитом? – Чепмен посмотрел на нее, в его взгляде мелькнул скептицизм.

В Балтиморе она была уважаемым семейным врачом. А здесь ей все время приходилось что-то доказывать. Сколько времени должно пройти, прежде чем ее новые коллеги перестанут сомневаться в ее суждениях и начнут ей доверять?

– Пока у меня нет других вариантов, – ответила Клэр. – Экспресс-анализ на фенциклидин и метамфетамин дал отрицательный результат. Доктор Форест считает, что это явно органический психоз.

Видимо, Чепмена не впечатлили клинические познания доктора Фореста.

– Психиатрию вряд ли можно назвать точной наукой.

– Но я с ним согласна. Последние несколько дней у мальчика начали проявляться тревожные симптомы. Нельзя исключать инфекцию.

– Сколько у него лейкоцитов в крови?

– Многовато, конечно, но не так страшно. А дифференциал?

– Высокое содержание эозинофилов. На целых тридцать процентов выше нормы.

– Но ведь у него астма, верно? Может, причина как раз в ней. Во всяком случае я бы не исключил аллергическую реакцию.

Клэр пришлось согласиться.