Лихорадка

Инструмент с примерзшими к черенку комьями земли обнаружился возле поленницы, вместе с топориком.

Дверь оказалась незапертой; Клэр вошла в коттедж и сразу поняла, почему Макс не позаботился о сохранности своего жилища. В доме почти не осталось его личных вещей. То, что она увидела, – мебель, посуда – должно быть, предоставлялось в аренду вместе с коттеджем. Она обошла спальни, кухню и обнаружила лишь некоторые забытые вещи ученого: коробку с книгами, корзину с грязным бельем, кое-какую еду в холодильнике. К стене гостиной кнопками была прикреплена топографическая карта реки Мигоки. Он вернется за этим, подумала Клэр. И я его дождусь.

Ее взгляд упал на коробку с книгами. На ней сохранился почтовый ярлык с указанием имени и адреса получателя: «Лаборатории Энсон».

Это было название справочной лаборатории, где делали анализы крови Скотти и Тейлора и откуда пришли отрицательные результаты по токсинам. «Фальшивки? – удивилась она про себя, – но, если так, что они пытались скрыть?» Именно эта лаборатория недавно выдала грант Педиатрической группе Двух Холмов на забор крови у местных подростков. Почему «Энсон» заинтересовались детьми Транквиля?

Она достала сотовый телефон и позвонила Энтони из лаборатории больницы Нокс.

– Что вам известно о «Лабораториях Энсон»? – спросила она. – Как получилось, что именно с ними наша больница подписала договор?

– Ну, это странная история. Обычно мы отсылали все пробы по газовой хроматографии, массовой спектрометрии и радиоиммуноанализу в лабораторию «Бладтек» в Портленд. А месяца два назад вдруг стали работать с «Энсон».

– Кто принимал решение?

– Наш главный патолог. Смена партнера имела смысл, поскольку «Энсон» предоставил серьезные скидки. Больница не смогла устоять. Мы на этом экономим десятки тысяч баксов.

– Вы не могли бы разузнать о них поподробнее? Мне это нужно срочно. Можете связаться со мной по пейджеру.

– А что именно вы хотите выяснить?

– Все. Занимаются ли они чем-то еще помимо диагностики. И что за интерес у них к Транквилю.

Она нажала отбой. Даже с включенным электрическим отоплением в комнате было прохладно. Она разожгла огонь в дровяной печи и приготовила завтрак из скудных припасов Макса. Кофе и тост с маслом, сморщенное яблоко. К тому времени, как она управилась с едой, печь так раскалилась, что от жары Клэр стало клонить в сон. Она снова позвонила в больницу узнать о состоянии Ноя, после чего села у окна и стала ждать.

Не может же он избегать ее вечно.

Когда она в изумлении открыла глаза и поняла, что задремала, ей показалось, что прошло всего несколько минут. Шею ломило от неудобной позы. Было три часа, и утренний свет уступил место блеклым послеполуденным лучам.