Лихорадка

Дважды он срывался и плакал прямо перед телекамерами. Он не стыдился своих слез, не скупился на гневные высказывания по поводу методов разрешения кризиса. Он знал, что тем самым предъявляет тяжкое обвинение своему начальству, городу Транквиль. Но сейчас это не имело значения. Он твердо знал одно: мальчика подстрелили, как оленя в сезон охоты, и кто-то должен за это ответить.

Ведя машину сквозь целую галактику снежинок, он вдруг понял, что ему невыносима даже мысль о возвращении домой, где его ждала еще одна одинокая ночь.

Вместо этого он поехал к дому Клэр.

С трудом выйдя из машины, утопая по щиколотку в снегу, он чувствовал себя несчастным странником, который ищет приюта. Он взошел на крыльцо ее дома и долго стучал в дверь, но никто не отвечал; его охватило отчаяние при мысли о том, что ее нет дома, что здесь его никто не ждет. И что остаток ночи ему суждено провести без нее.

Но вдруг наверху зажегся свет, и его теплое сияние заставило светиться падающие снежинки. Через минуту дверь открылась, и на пороге показалась она.

Линкольн ступил за порог. Никто не проронил ни слова. Она просто обняла его, прижала к себе. Он был припорошен снегом, который тотчас растаял от ее тепла, смочив холодными каплями ее фланелевую сорочку. Но она не выпускала его из своих объятий, даже когда талый снег расплылся лужицей у ее голых ступней.

– Я ждала тебя, – призналась она.

– Я был не в состоянии ехать домой.

– Тогда оставайся здесь. Со мной.

Наверху они разделись и скользнули под одеяло, еще хранившее тепло ее тела. Он пришел не для того, чтобы заниматься любовью, он искал утешения. Она дала ему и то, и другое, и он быстро уснул в изнеможении.

Первое, что он увидел, когда проснулся, было ослепительно голубое небо за окном. Клэр спала, уютно прижавшись к нему, и завитки ее волос рассыпались по подушке. Он разглядел серебристые прядки седины в ее русых волосах, и эти первые возрастные штрихи вдруг показались ему такими трогательными, что у него снова навернулись слезы на глаза. «Полжизни без тебя», – подумал он. Полжизни прожито впустую, до этого самого момента.

Он нежно поцеловал ее в голову, но Клэр не проснулась.

Он одевался, глядя в окно на мир, который так преобразился после ночного снегопада. Пушистая снежная мантия накрыла его машину, превратив ее в гигантский сугроб. Заснеженные ветки деревьев согнулись под тяжестью одеяний, а там, где раньше была лужайка, теперь простиралось искрящееся на солнце алмазное поле.

На дороге показался пикап, который свернул к дому Клэр. Спереди на нем был закреплен снегоочиститель, и поначалу Линкольн решил, что Клэр попросила кого-то расчистить подъездную дорогу. Но вот водитель вышел из машины, и Линкольн увидел форму транквильского полицейского. Это был Флойд Спир.