Лихие. Депутат

Разумеется, ни в какую Грузию он не шел — сгружали все на станции Ардон в Северной Осетии, там же в соседних городах и селах лили из него водку. И конечно, никто никаких налогов с этой водки тоже не платил.

— Себестоимость копеечная, — подмигнул мне Береза. — Сейчас уже украинский спирт начинают заменять на американский, он поставляется из Техаса. Там его делают, как побочный продукт от заводов по производству комбикорма для скота. Тоже очень дешевый. Можно таскать прямо танкерами! Сначала в Грузию, потом через Верхний Ларс в Осетию. На таможне у меня все схвачено.

Я неопределенно покивал. Эта история мне нравилась все меньше и меньше. Сегодня схвачено, завтра не схвачено…

— Короче, тема дает по 500% прибыли, — глаза у Березовского горели. — Я сведу тебя с осетинами, дашь им оборотку с Едра… У тебя же сейчас полно бабок!

Все то Абрамыч знает, везде у него свои уши…

— Не дам, — коротко ответил я. — В это дерьмо не полезу, с ним кончено. Я теперь, Боря, по хайтеку специализируюсь, в американские акции вложился, в Яндекс.

— Что за Яндекс? — удивился Абрамыч.

— Система поиска в интернете.

— И где там бабки?

Хоть Береза был и технически продвинутый, и даже доктор наук, но на мои корявые объяснения только неопределенно хмыкнул.

— Зря отказываешься от осетинской темы, там можно удвоить капитал за месяц!

— А можно и голову сложить. Надоело, Боря, по стрелкам ездить. Максимум могу свести с Компасом — они уже весь север Подмосковья прикрутили и в столице у них полно точек. Раскрутитесь быстро.

— Буду весьма благодарен! — Абрамыч принялся жать руку.

В какой-то момент Руля подошел ко мне и спросил:

— Не пора ли салют, шеф?.

— А почему бы и нет? — согласился я.

Через полчаса на заднем дворе началось настоящее шоу: фейерверки взрывались в небе, окрашивая его в яркие цвета. Гости вышли на террасу, восхищаясь зрелищем. Лариса стояла рядом, держа меня за руку.

— Ну как, нравится? — спросил я ее, прямо кожей ощущая, что она совсем не на своем месте тут. Хищная пиранья, которая сделает из дома аквариум с такими же пираньями.

— Это сказка, Сережа, — ответила она. — Спасибо тебе.

Вечеринка продолжалась до утра. Гости разъехались только перед рассветом, оставив после себя горы пустых бутылок и море впечатлений. Я остался стоять на террасе, глядя на первые лучи солнца, освещающие мою новую виллу. Это был мой дом, мой мир. Но я знал, что этот мир просуществует очень недолго. Я будто жил в долг у Вселенной.

* * *Гигантский дом, отгроханный бывшим босяком только для того, чтобы потешить свои понты, совсем скоро начал напрягать меня холодной, неуютной пустотой. Я ведь строил его вместе с Ленкой и для Ленки. Как ни крути, а дочь — единственное, что у меня осталось в этой жизни. Убери ее, и я снова одинок в этом мире, как раньше. А я не хочу.