Лихие. Депутат

Некоторые уже в желтых ляпках с ног до головы, а под ними наливаются багровые кровоподтеки…

— Этих в баню не берем! — во весь голос орет Китаец, у которого закончились шарики. — Пошли, пацаны, там свежие телки ждут…

* * *Баню у Карася было сложно назвать баней. Дом на двести квадратов, куда вел крытый коридор, впечатлил всех. Сауна, русская парная, хамам, бар, бассейн и комнаты отдыха…

— Ну ты даешь! — Копченый, который банщиком был знатным, в восторге хлопнул Вовку по плечу. — Вот это ты дал! Я к тебе каждую субботу ездить буду!

— Ща пива принесу, — Карась улыбался как Чеширский Ккот, во все тридцать три зуба. Своей баней он гордился невероятно.

— Слушай, Серый, — негромко сказал Григорий, морщась от пьяных визгов девчонок, которые ныряли в ледяную купель. — Бауманские Компаса взорвали. Лобня теперь ничья. Прибрать бы надо обратно.

— Не суйся туда, — ответил я, сдувая пену с кружки. — Отдадим верному человеку, пусть работает. Это теперь не наша тема.

— Да как же… — растерялся Копченый. — А чем мне еще заниматься? Больше ведь тем и нет. Только отнять и поделить.

— Скоро будут, — пообещал я.- Ищи землю в центре, участки вокруг МКАДа, старые умирающие заводики. Не ко времени вся эта возня мышиная. Да, Иосиф?"

"— А? — испуганно вскинул голову потухающий Варшавер, который принял свою судьбу со смирением, как и подобает славному сыну иудейского народа. Ему опять пришлось бухать.

— Что «а»? — недовольно спросил я, понимая, что еще немного, и меня самого развезет в кисель. Пиво после водки…

— Ты акции этих… доткомов скупаешь? — грозно спросил его я.

— Скупаю, — покорно ответил Йосик. — Страшно, аж жуть… Там же пирамида похлеще МММ.

— Херня, — отмахнулся я. — 31 декабря 1999 года сбросишь, а потом зашортишь. И еще раз заработаем.

— Почему 31 декабря? — с тупым недоумением спросил Копченый.

— Два раза порадоваться хочу, — усмехнулся я.- Нет… три, в этот день еще Новый год будет!

Копченый, судя по выражению лица, ничего не понял, и на всякий случай отодвинул от меня кружку с пивом.

— Ох, Сергей Дмитриевич, — горестно вздохнул Йосик, к которому, наконец, возвращалась жизнь. — Если все получится так, как вы говорите, то мы заработаем… Да я даже не знаю, сколько мы заработаем… Столько нулей у меня в калькуляторе не поместится. Мы только за этот месяц десять процентов в валюте сделали… Мне так страшно, что я даже спать почти перестал. Не может такое долго продолжаться. Это же форменное безумие, деньги из воздуха!

— Не волнуйся, скрипач, — похлопал я его по плечу. — Делай, как я сказал, и не бойся ничего. Операция «Большой хапок» в полном разгаре. Когда бабло вытащим оттуда, все самое интересное только начнется…

— Да что еще может начаться? — испуганно пискнул Йосик.