Лихие. Авторитет

— Григорий Александрович! — позвал я Копченого, который тоже подтянулся на шум и теперь разглядывал номер с самым задумчивым видом. — Поясните Иосифу Борисовичу значение слова «проебал» в армии. Я же не служил… по понятным причинам.

— Слово «проебал», Иосиф, — с воодушевлением ответил Копченый, — оно всеобъемлюще и пояснений не требует. Оно — само совершенство! Оно, блядь, просто альфа и омега армейской жизни. Его можно использовать всегда! Если ты что-то забыл, потерял, сломал, заблудился, чего-то не понял или не сумел, и даже если ты трахнул чужую жену. И когда ты говоришь вышестоящему начальнику, что ты что-то там проебал, то объяснений уже не требуется. Ты сразу и все объяснил, и даже за свой косяк извинился. Потому что одно из его значений: «виноват, прошу прощения, больше не повторится». Понял?

— Понял! — по восторженному лицу Йосика мы догадались, что прямо сейчас открыли ему новую вселенную. Ту самую, которую не проходят в музыкальной школе.

— Вот и слово «обозначить» такое же, — добил я его. — Оно не требует пояснений. Потому что пояснения мы очень скоро получим.

В тот момент я не догадывался, насколько близок был к истине.

* * *— Босс! — на следующее утро в мой новый номер завалил Руля, и его физиономия выглядела несколько озадаченной. — Там блатные местные подъехали. Они в ресторане сидят. Побазарить хотят.

— Организуй нам какой-нибудь интим, — ответил я, всовывая ноги в тапочки. Тут-таки изрядно дуло.

— Здесь зал для приема делегаций есть, — с готовностью кивнул мой охранник. — Я сейчас организую.

— Вот, значит, кто мне обозначил, — бубнил я себе под нос, разглядывая свою бледную физиономию в номере ванной. — Бреемся, чистим зубы и идем вниз. А то они сейчас начнут с ходу наезжать, что не уважаю. И ведь даже стрелку не забили по-людски. Дикие места, что с них взять!

Я был внизу уже через пять минут при полном параде. И даже блестящие, как зеркало ботинки надел. Хоть Ленка и морщила носик, выражая свое фэ моим плебейским замашкам, но так я и общаюсь не с артистами филармонии. И такая неописуемая красота действует на мозги авторитетных людей словно бомба. Проникаются! В общем, я те ботинки тайком купил, и даже несколько раз надевал.

— Приветствую, уважаемые, — сказал я и сел за стол, не подавая руки. Они тоже такой попытки не сделали. Тонкий намек с обеих сторон, что есть вероятность запетушиться. Неявно, но вполне прозрачно.

Их было трое, и они неуловимо похожи друг на друга. Худые, с блеклыми глазами, старше пятидесяти. Один чуть покрепче, мосластый и явно очень сильный мужик. Кулаки с мозолями на костяшках. Боец. Двое других — сидельцы со стажем. Этим не до физкультуры было. Все пальцы в татухах, и все татухи до одной авторитетные. Тут и одиночка, и от «звонка до звонка».