Личный трофей опального генерала-2

Нашей семье нанесен урон. Эта… покрыла нас несмываемым позором. Так пусть поплатится она сама и ее шакалы-помощники. Пусть захлебнутся собственной кровью!

Искандер оказался хмурым парнем и известным хакером. И хоть Кристина сразу поменяла пароль в инстаграме, но будущему мужу Лейлы не составило труда запустить на ее телефоне специальную программу, подбирающую в инсте пароль.

— Камиль плюс Кристина и дата свадьбы, — хмыкнул он весело. — И почему я сам не догадался?

С появлением в доме Искандера арест Лейлы закончился. Конечно, речь о возвращении в университет не шла, но в сопровождении жениха она могла выйти во двор и посидеть там на лавке. Да и мать немного потеплела к младшей дочери. Отец же хранил молчание и все чаще потирал грудь с левой стороны. Сердце!

«Что же ты наделала, сестричка? — мысленно вздохнула Лейла и снова уткнулась носом в подушку. — Родители у нас одни, а мужики… В них ли счастье?»

Она попробовала уснуть, но, как только закрыла веки, в комнату вошла тетка.

— Быстро на кухню! — крикнула она. — Фархад велел.

Лейле ничего не оставалось, как собрать волосы в хвост, одернуть домашнее платье и спуститься вниз.

За длинным столом, покрытым клеенкой, сидели Фархад и Искандер, а во главе восседал старший брат отца — дядя Юсуп.

— Лейла, — ощерился он, презрительно глядя на племянницу. — Благодаря твоему будущему мужу мы засекли лживую тварь и ее любовника, — похвастался он и прикрикнул угрожающе: — Кто ей помогает? Кто такая Калинка-Малинка? Это она жена Бека?

— Нет, — пролепетала Лейла. — Я не знаю, — расплакалась она. — Не знаю никакого Бека, — зарыдала, прикрыв лицо ладонями.

— Дядя Юсуп, — сдержанно вмешался Искандер. — Моя невеста нам ничем помочь не может. Едем в кафе. Это где-то на Малой Никитской. Если блогерша приходится Беку женой, значит, по возвращении отпразднуем двойную победу. И доложим Резе. В любом случае девица должна получить по заслугам.



— Ты прав, малыш, — усмехнулся Юсуп и, покосившись на племянницу, велел: — Ступай наверх, Лейла.

Глава 17

За прошедшие десять дней с того самого злополучного «файер-шоу» Юля пыталась встретиться и поговорить с Кирсановским помощником Димой. Но любой звонок на сотовый срывался. Вероятно, адъютант генерала внес ее в черный список. Да и разговаривал в во время последней встречи гадко. Будто слова сплевывал. Гадости говорил. Офицер, твою мать!

Она вспомнила, как, прислонившись головой к стеклу дребезжащего автобуса, всю дорогу от Никифоровки испытывала жгучий и мучительный стыд."

"«Это ж надо! — снова мысленно укорила она саму себя. — Ты, Юля, уже с катушек съехала. Улеглась в койку с почти незнакомым мужиком. Информацию хотела выведать? Цвет генеральских трусов узнать, что ли? Так тебе этот Дима все и рассказал.