Личный трофей опального генерала-2

Сначала радостно верещала в трубку хозяйка: «Я тебе говорю, едет она!», а потом, будто волна свежего ветра, ворвался совершенно новый голос. Нежный, чуть с хрипотцой.

«Жена Кирсанова пожаловала собственной персоной. Попалась птичка, — хмыкнул про себя Толик Меньшиков. — Значит, и свобода не за горами». Он почему-то представил, как генеральшу поместят к нему в камеру.

«А куда же еще, — почесал репу Толик. — Тут, наверное, и нет других таких помещений. Девчонка поплачет, а он, Меньшиков, станет ее утешать. А потом бравым орлом прилетит генерал. Всех затопчет, как кур петух, и освободит пленников».



«Надо только выучиться ждать, — пропел про себя Толик, — надо быть спокойным и упрямым…»"

"Он усмехнулся, понимая, что песня в нынешних условиях приобретает совершенно иной смысл. Наверху прямо над ним генеральша с кем-то тихо болтала по телефону.

«Вот же курица безмозглая! — досадливо выдохнул Меньшиков, стараясь уловить хоть обрывки разговора. Но так и не смог разобрать ни слова. — И зачем, спрашивается, запираться в туалете, чтобы потрепаться? — мысленно рассердился он. — Ты даже не ведаешь, девочка, что сейчас произойдет. Дадут ли тебе бутылкой по голове или просто засунут в подвал? Последние минуты свободы, — скривился он и уже хотел подать голос. Крикнуть этой Шурке, чтоб удирала, когда, будто издалека, послышался возглас хозяйки.

— С тобой все в порядке, милая? — елейно пропела она, постучав в дверь сортира.

— Да, тетя Люся, — пробурчала генеральша. — Скоро выйду. Все нормально.

— Месячные? — догадалась вездесущая хозяйка.

— Ага! — бодро соврала Александра и на секунду задумалась.

«Когда же они были в последний раз? — и тут же тихо ойкнула, приложив ладонь к щеке. — Задержка, ой мамочки! Больше месяца!»

— Что случилось? — донесся из динамика рык мужа. — Ломают дверь?

— Нет, — мяукнула Санька и еле удержалась, чтобы прямо сейчас не поделиться новостью с Кирсановым. — Ты где, Сережа-а?

— Уже подъезжаю, Санечка, — тихо заметил муж. — Пока к дверям не подойду, не выходи. Понятно?

— Так точно, товарищ генерал! — отрапортовала она. Надела пуховик и взяла с подоконника сумку, а после напряженно вгляделась в зеркало.

«Неужели залетела?» — довольно осведомилась у самой себя и зачарованно уставилась в зеркало, стараясь найти хоть какие-то изменения во внешности.

«Говорят, взгляд становится другим», — некстати вспомнила Санька и снова посмотрела пристально в отражение. Но нет, ничего не поменялось. В глазах горела прежняя решимость оставить неприятелей в дураках, а кулаки сжимались только от мысли, что родная тетка заодно с ее врагами и умудрилась устроить ловушку.

— Выходи, — скомандовал муж. — Я на крыльце.