Личный трофей опального генерала-1

"

"‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Ну что, козявки, что-нибудь получилось?

— Конечно, дедушка, — хихикнули маленькие козочки. — Кристина встала около вон той вазы, а я, когда открылись двери зала, сразу сфотографировала. — Смотри!

Лицо старика сморщилось от радостной ухмылки, когда он увидел на переднем плане свою любимую внучку в фате и свадебном платье, переливающимся стразами. Но изображение было чуть-чуть размыто. А вот сзади нее отчетливо получились Бек и его невеста.

— Умницы, — похвалил внучек старик, раздумывая, сразу же отправить фотографию племяннику или подождать. — Перешли мне, а потом снимок удали, — велел младшей внучке.

— А мы хотели себе оставить, — заныли девчонки.

— Зачем? — рыкнул дед, косясь на часы.

— Представляешь, как здорово, — радостно воскликнула Кристина. — У нас с Малинкой-Калинкой свадьба в один день!

— С кем? — не понял старик.

— Девушка, что ты велел тайно сфотографировать, когда пойдут обратно. Это же моя любимая блогерша в инстаграме. Вот только ты ее откуда знаешь?

— А вы думали, дед совсем от жизни отстал? — довольно расхохотался старик и, решив не спугнуть девчонок, перевел разговор: — Скоро уже наша очередь, Кристина?

— Сейчас вот пара зашла, а следующие мы, — тут же заверила невеста и, погладив деда по руке, добавила радостно: — Как же я счастлива, дедушка, что ты смог приехать из Таджикистана на мою свадьбу!

— Я тоже рад, милая, — улыбнулся старик, подумав, что вовремя увидел Бека с невестой, входящих в зал регистрации. Мельком заметил врага и сразу узнал. Вот и попросил девчонок сфотографироваться на фоне открывшихся дверей. Потом, правда, целый день раздумывал, послать ли фотографию Бека Резе в Лозанну? И только поздно вечером, вернувшись в загородный дом, специально арендованный на время свадьбы, отправил снимок племяннику. Немного подождал, но ответа так и не последовало.

— Реза, ты умный мальчик, — прошептал чуть слышно. — Сам знаешь, как поступить…

Кирсанов проснулся как от толчка. И даже не понял, где находится.

«Свадьба, дача Гоголя, твою мать!» — про себя рыкнул он, поднимаясь.

Накрыл жену сползшим куда-то вбок одеялом и усмехнулся, заметив, как Александра во сне задрыгала ногами, раскрываясь. Ему никогда в голову не приходило, как же это здорово спать вместе с любимой женщиной.

«Сделал дело, гуляй смело», — мысленно фыркнул Кирсанов, вспоминая, что никогда не оставался ни у одной из любовниц, искренне считая сон делом сугубо личным. Да и привычка спать в одиночестве сложилась еще со времен Суворовского училища. Вот только сейчас Кирсанову казалось, что без Саньки уснуть невозможно.