Мой личный враг

— Ой, я вся такая голодная, — торопливо садясь за обеденный стол, выдала я, пытаясь избежать расспросов.

И тут произошло следующее.

— Рогнеда, Ярослава — ведьмы безголовые! — заявила тетя Матрена, водрузив на стол казанок с супом. Грибным, судя по запаху.

Мы с Рогдой сразу схватили ложки, потому как у домовых закон — «За столом только о хорошем!»

Нам с Рогдой первым налили супчика. Сидим мы, ложками активно работаем и переглядываемся. Нет, я на Рогнеду все еще злая, но перед лицом общей опасности решено было отложить разногласия.

— Нужно в библиотеку, — не глядя на домовую, сказала я.

— Я с тобой, — ответственно заявила Рогнеда.

И не доев, мы разом поднялись.

— Сидеть, — скомандовала тетя Матрена. — Вот когда все съешь, Ярослава, ты уделишь время мне! А для тебя, Рогнедушка, добрых слов у меня нет, одни ругательные-то! И как удумала, а? Мало Ярославе позора было, так еще ты добавила-то! И чем только думала, Таран ты наш!

Я вернулась к супу, он был вкусный, и ругали не меня, что приятно.

Но тут домовая совершенно сменила тон и ласково произнесла:

— Яринушка, краса моя ненаглядная, твой любимый приходил.

За столом у еще одной ведьмочки, кроме Рогнеды, пропал аппетит, но по совсем другому поводу. Ярина сидела раскрасневшаяся, румянощекая, глазки в пол, а на лице улыбка такая счастливая.

— Просил передать на словах, что его срочно к границе отзывают. — Ярина побелела и теперь смотрела исключительно на домовую. — Да не волнуйся ты так, — Матрена руками всплеснула, — ничего с ним не сделается-то, там главный наш.

Это да, успокаивает.

— Просил тебя платье свадебное присмотреть, да себя беречь пуще зеницы ока, уж он с ректором лично переговорил, но и тебя просил быть осторожной. Да что я все на словах, да на словах, письмецо тебе настрочил, под подушку поклала.

Ярина птицей вспорхнула из-за стола, молнией к своей кровати помчалась. Письмо было прижато к груди, потом зацеловано. Оно слегка подмокло, потому что какая ж любовь без слез, ну а после всего несчастный конверт наконец вскрыли. Опять порыдали, зацеловали и только после принялись читать.

— Какая любовь, — простонала Бажена.

— От такого счастья и помереть не страшно, — мечтательно протянула Любава.

— Щас получишь у меня, — грозно пообещала тетя Матрена.

Яринка в очередной раз поцеловала строки письма и, глядя на нас, вопросила:

— Девочки, а кто со мной по магазинам пройдется, надо бы платье свадебное подобрать?

— Все, — разом ответили мы и рассмеялись.

А тетя Матрена заторопилась на кухоньку, вернулась, неся корзинку.

— Ну-ка, — говорит, — собирайтесь, одевайтесь да ступайте на двор, прогуляйтесь перед лекциями, свежий воздух вам нужон.