Личный аптекарь императора. Том 6

За что? Мы же были друзьями…

Завьялова поникла и погрузилась в свои мысли.

— Расскажите поподробнее, что тогда произошло, — я облокотился о стол и внимательно посмотрел на неё. — Вместе попробуем разобраться.

Она глубоко вздохнула и кивнула."

"— Хорошо… Мой командир, Тимофей Голицын, велел проверить территорию за болотом. Там редко кто ходит, ведь болото опасное, с трясинами и глубоким омутом, но он настоял. Сказал, будто поступила информация, что будет попытка прорыва. Время было позднее, поэтому я не хотела задерживаться на болоте, — она налила себе остывший кофе из кофейника и, сделав пару глотков, продолжила. — После проверки он приказал возвращаться на базу, но я ослушалась. Я хотела помочь ему, подстраховать, поэтому направилась к дороге. К единственной дороге на нашем участке. Вот там-то мы частенько ловили перебежчиков.

Она горько усмехнулась и покачала головой.

— Я уже подходила к дороге, когда увидела повозку с тремя лошадьми и своего начальника. Он осторожно передавал незнакомому мужчине какой-то сундучок и что-то говорил. Я расслышала только: «будь осторожен. Они хрупкие. Недолго ждать осталось». Затем он повернулся и увидел меня. Я махнула рукой и спешно двинулась к ним, но успела пройти лишь пару метров, как меня от сильного удара отбросило к дереву. Следом посыпались десятки ударов, — она всхлипнула. — Он бил меня с такой яростью. С такой ненавистью… Простите меня за слёзы. Просто… просто я этого не заслужила. Я не сделала ничего плохого.

Она схватила салфетку и заплакала навзрыд. Прибежала экономка и, испуганная её слезами, принялась успокаивать и гладить по спине. Дед подсел ко мне поближе и зашептал.

— Ну тут всё ясно. Этот Голицын что-то вывозил из империи, а баронесса его засекла за этим делом. И чтобы она не проболталась, он решил её убить.

— Похоже на то, — согласился я.

— Нет! Он не мог из-за какой-то контрабанды так со мной поступить! — выкрикнула она. — Мы часто ловили своих бойцов на таких делах. То ящик водки продадут, то какие-то шкуры под заказ вывезут. Всякое бывало. Пожурим или выговор выпишем, и всё. А тут… Я не понимаю, за что? Что было в том сундуке? Да я бы даже проверять не стала! Он же мой командир.

Она громко высморкалась, выпила стакан воды, и побрызгав себе на лицо прохладной водой, наконец успокоилась.

— Где теперь ваш командир? — спросил дед.

— Понятия не имею, но я это выясню. И, прежде чем убить, узнаю, за что он так жестоко со мной поступил, — процедила она сквозь зубы и поджала губы.

— И правильно. Так ему и надо, — поддержал дед. — Но лучше под суд его отдать, и пусть как Распутина на казнь отправят. Либо на каторгу… Как вам выжить-то удалось?

— Нашли меня на следующий день бойцы из другого отряда. Лежала я на дне оврага, листьями засыпанная.