Личный аптекарь императора. Том 6

Но прапрадед Боярышникова был лекарем, поэтому наверняка использовал эти растения для лечебного средства. Но какого?

Ещё через час, когда я уже был готов послать ко всем чертям Боярышникова и его предка, я решил дать себе ещё немного времени для раздумий и приготовил эссенцию «Менталис». С помощью него даже если я буду спать, мой мозг будет продолжать усиленно работать.

Выпив слегка сладковатую жидкость, я зашел домой и услышал стук столовых приборов. Семья ужинала.

Переодевшись, я присоединился к ним. Дима рассказал, что с дедом и Поповым они объехали все лаборатории и аптеки. К счастью, вандалы остальное не тронули, и они решили прикупить кое-какое оборудование и официально открыть одну из лабораторий.

Дед сказал, что звонили Савельевы. У них уже всё готово, поэтому в ближайшие дни будут готовить манаросы на отправку. Дед настоял, чтобы привезли их на машине и в отдельном прицепе. Не хотел повторения ситуации с поездом, когда раскрылся один из опасных бутонов.

Лида рассказала, как они с Кирой искали место для ещё одной лавки в другом конце города, и нашли подходящее помещение в торговом центре. Теперь нужно провести там ремонт и заказать полки. Дед покряхтел для приличия, но согласился выделить на это деньги.

Я молча слушал и ел. Иногда не слушал, погрузившись в свою внутреннюю лабораторию. Мой мозг усиленно искал лекарство, сопоставляя со всеми известными болезнями.

Из Огнецвета получилось бы хорошее жаропонижающее, а осока усилила бы этот эффект, но синецветка наоборот нейтрализовала бы свойство Огнецвета. В то же время Морозная синецветка хорошо снимает воспаление и ушибы, а вот Огнецвет может негативно сказать на воспаленных тканях."

"Поужинав, я поднялся к себе и не нашёл ничего лучше, чем просто лечь спать. Даже во сне мой мозг будет работать, а наутро подскажет какое-нибудь решение… По крайней мере я на это надеюсь.

Мне снова приснился тот странный сон, когда я лечу на орле и чувствую своих врагов. Оглядевшись, я никого не увидел, но явственно ощутил. Даже дух захватывало от осознания, что мне снова предстоит столкнуться с теми, кто желает мне смерти.

Наутро я первым делом окунулся в свои мысли. Ответа не было. Горгоново безумие! Я даже не верил, что такое может быть. Я — великий алхимик Валериан, но не смог разобраться с каким рецептом. Безумие какое-то!

Приняв душ и надев академическую форму, я спустился вниз. Время было ещё раннее, поэтому за столом сидела одна Лида.

— Сынок, что-то случилось? — спросил она, пристально глядя на меня.

— Нет, а что такое?

— Ты какой-то задумчивый. Может, поделишься?

Я знал, что Лида мне точно не поможет, но мне захотелось рассказать ей об всём. Даже не знаю, почему.