Личный аптекарь императора. Том 5

Она отлетела, разбив по пути два бокала, и ударилась о стену, оставив на ней заметную вмятину.

— Ты чего, хулиганишь? — возмутилась Настя. — Разве я тебя этому учила? А ну марш в мою комнату и не показывайся!

Однако Шустрик никак не среагировал на её слова, а спрыгнул на пол и крадучись, пополз к лошади.

— Чего это он? Что ему не понравилось? — напрягся Дима.

Мы с дедом переглянулись. Шустрик умный зверёк и явно что-то почувствовал. Но что?

— А ты вообще мыл эту лошадь? — Настя подбежала к Шустрику и взяла его на руки. — На ней тысячелетняя грязь, а ты на стол поставил. Правильно сделал Шустрик. Уж я-то его приучила к чистоте. После каждой прогулки лапы ему с мылом мою.

Она унесла зверька, а я не стал больше класть лошадь на стол. Уж не знаю, что с ней не так, но лучше убрать куда-нибудь, чтобы Шустрик больше не бушевал.

Втроем с дедом и Димой мы расселись в гостиной с бутылкой хереса, которую купил дед в честь открытия новой лавки.

— Мы же это дело ещё не отметили, — пояснил он, разливая напиток по стаканам.

— Как дела в лавке? Продажи идут? — спросил я и пригубил крепленное вино.

Неплохо. Совсем неплохо. Но я бы кое-что добавил, чтобы сделать вкус мягче и насыщеннее.

— Идут понемногу. Сегодня рекламу по радио начали крутить. Завтра по телевизору будут показывать. Надеюсь сработает, а то столько денег стоит эта реклама, — сокрушенно покачал головой Дима. — Пять лет назад я платил куда меньше.

— Да-а, за пять лет много поменялось. Одно радует — люди остаются прежние. Кто был гнидой — гнидой и остался, а хороший человек никогда не окрысится, — сказал дед.

— О чём это ты?

— Да я про Щавелева. Сбежал и до сих пор его не нашли.

— Он никогда гнидой не был, — категорично заявил Дима. — С ним что-то случилось. Что-то плохое.

— Да ничто с ним не случилось, — отмахнулся дед. — Отсиживается где-то.

— Не понимаю, почему ты так негативно настроен? Ты же говорил, что вы с ним не знакомы.

— Слухами земля полнится. Вчера статья в газете вышла. Многое про него написано, — он вытащил из кипы газет на журнальном столике нужную газету и бросил Диме.

Тот быстро прочитал и протянул мне. Статья явно заказная и сильно порочащая Щавелева. Однако вряд ли даже часть написанного является правдой. Кто-то намеренно очерняет его.

— Кто-то ведёт грязную игру, — сказал Дима и отпил херес. — Не следует верить всему, что написано в газетах. Вспомни, что писали про меня.

— Это другое дело, — мотнул головой дед.

— Ничего не другое. Продажные редакторы всегда были и будут.

Они ещё немного поспорили и, допив вино, разошлись по комнатам. Я тоже поднялся к себе, раздумывая над словами Димы. Я с ним согласен — профессор в беде.

Укрывшись одеялом, я позвал к себе Шустрика. Зверек явился и как ни в чем не бывало, лег рядом и свернулся клубком.