Личный аптекарь императора. Том 4

— У нас же следующее занятие через двадцать минут, — шепнул мне Сеня, который увязался следом, как и пятеро наших однокурсников, присутствовавших при разговоре.

— Много времени не займёт. Но если хочешь, иди на занятие.

— Нет, я хочу всё увидеть своими глазами.

Мы спустились на подземный этаж и подошли к лаборатории под номером три. Боярышников зашёл первым и обратился к преподавателю, который как раз в это время закончил занятие и намеревался закрыть лабораторию.

— Оставьте мне ключ. Я его сдам на вахту и распишусь."

"— Хорошо, но зачемь? — пожилой мужчина удивленно посмотрел на нас.

— Студент так уверен в своём средстве, которое просто не может существовать. Поэтому я хочу ему это доказать на практике.

— Ну ладно. Но про ключ не забудьте, — он подхватил свой чемодан и вышел, а Боярышников как-то странно посмотрел на меня и с улыбкой переспросил:

— То есть вы, Филатов, уверены в своём рецепте?

— Верно, Даниил Ефремович. Полностью уверен. Более того, уже успел испытать его на себе, — кивнул я.

— И вы хотите заключить со мной пари, так?

— Так, — кивнул я, не понимая, к чему он клонит.

— Тогда я беру в свидетели всех здесь присутствующих и предлагаю вам следующее: Если средство рабочее, то я принимаю ваши условия по поводу свободного посещения и опазданий без последствий. Но, если ваш рецепт — фуфло, то вы сегодня же добровольно отчисляетесь из ММА. По рукам?

Сеня встревоженно посмотрел на меня и еле заметно помотал головой, явно пытаясь отговорить.

— Ну что ж ты застыл, Филатов. Соглашайся или сразу признайся, что херню придумал, — послышался сзади насмешливый голос Харитонова.

И как он здесь оказался? Наверняка кто-то из студентов позвонил и рассказал о том, что происходит.

— По рукам, — кивнул я и пожал протянутую руку.

— Так-так, что тут у нас, — препод поднёс лист бумаги к глазам и вслух прочёл нужные ингредиенты. Студенты, похоже, из числа тех, кто хочет подлизаться к преподавателю, заметались по лаборатории в поисках нужных трав. Я же встал неподалеку, сложил руки на груди и наблюдал за происходящим.

Я понимал, что Боярышников может намеренно исказить что-нибудь, поэтому пристально следил за его манипуляциями. Когда он начал крошить корень манароса вместо того чтобы растолочь, я сделал ему замечание. Препод недовольно поморщился, но больше не отступал от рецепта, шаг за шагом выполняя всё что я прописал.

— Это и есть то средство, которое должно получиться? — с сомнением спросил он и поднёс к глазам стеклянный сосуд с мутной жидкостью.

— Да, только одного ингредиента не хватает.

— Чушь! Я положил абсолютно всё! — возмущенно выпалил он.

— Положили. Но ману мою вам неоткуда взять. Позвольте прикоснуться к стеклу.

— Делай, что хочешь.