Личный аптекарь императора. Том 3

Без неё я не могу сделать одно сложное зелье, — я решил не юлить и честно рассказать, всё-таки мы вторглись на их землю, поэтому они имеют право возмущаться, но…

Но бить меня никому не позволено! Они поплатятся за это!

— Вы ночью пришли за травой? — с сомнением спросил он.

— Дорога заняла много времени.

— Хм, — старикан задумчиво покусал губы, затем повернулся к мужчинам. — Отведите их в дом.

Мужчины подхватили под руки взбешенного Ваню, сверлящего их взглядом, и поставили на ноги. Меня же одним рывком поднял парень и легонько подтолкнул к выходу.

На улице была такая тьма, что хоть глаз выколи. Небо заволокли тяжёлые вечерние тучи, поэтому не было видно ни луны, ни звезд.

Мы обошли сарай, и я увидел небольшой бревенчатый дом с горящими прямоугольниками окон. Из конуры рядом с крыльцом вышла большая лохматая собака и глухо залаяла. Скорее для приличия, чем от злобы. Типа «смотри, хозяин, я стараюсь, дом охраняю».

Нас вели под руки, поэтому не было никакой возможности вырваться и убежать в тёмный лес. Когда подошли к лестнице и начали подниматься по ступеням, я заметил, что у Вани руки перевязаны красной нитью, от которой исходит магическая аура. Наверняка они это сделали для того, чтобы он не смог сотворить заклинание. Знали, что он маг, и одного взмаха рукой ему хватит, чтобы разнести дом на щепки.

Хм, а эти люди многое знают о магах, хотя я не почувствовал от них маны. Они явно простолюдины.

Нас завели в дом и посадили на скамью у стены. Посреди комнаты стояла большая печь с лежанкой. У окна длинный стол, грубо сколоченные табуретки и две лавки.

Пахло свежей выпечкой и мясным бульоном. Захотелось есть. Я даже не мог вспомнить, когда в последний раз ел. Скорее всего вчера… или позавчера?

— Сколько времени мы пролежали без сознания? — спросил я.

— Пару часов, — ответил старик и подсел к столу, накрытому вышитой скатертью. Мужчины остались стоять у двери. — Я не представился… Захар Дюжев. Местный староста.

— Что вы хотите с нами сделать? — спросил Ваня, глядя на него исподлобья. — Вы же понимаете, что нас будут искать и обязательно доберутся до вас.

— Понимаю, — кивнул он. — Именно поэтому вы не плаваете спиной кверху в Онежском озере, а сидите здесь, в моём доме.

— Развяжите, — друг предпринял ещё одну попытку разорвать путы, стягивающие его руки, но где там. Хорошо связали. Даже я оценил.

— Сначала поговорим… Судя по паспорту, ты, — он посмотрел на меня, — Александр Филатов. Уж не из тех ли Филатовых, что имперского сынка хотели убить?

— Никого мы не хотели убить. Нас подставили, — ответил я и вдруг почувствовал эфир.

Эфир ребёнка. Больного ребёнка. Я бы даже сказал, смертельно больного ребенка. И этот эфир исходил из соседней комнаты.

— Подставили, говоришь. А жаль.