Личный аптекарь императора. Том 3

— Ага, регулярно, — усмехнулся старик Меткий. — Знаем мы, как твои люди сидят по квартирам и получают минималку. За каждый рейд им положено доплачивать. Может на бумаге они и ходят в рейды, но денег этих не видят. Кому-то в карман эти деньги падают, — он многозначительно посмотрел на опешившего Юсупова.

— Какой-то бред вы несёте! — очень реалистично возмутился он. — А по поводу того, что кто-то сидит в моей анобласти, могу сказать следующее. Начальник охраны Юрий — опытный человек, он знает все пункты техники безопасности и ни разу никого не оставил внутри.

— Знать и выполнять — разные вещи. В любом случае мы никуда не уйдём, пока не проверим информацию.

— Честное слово, господа, я не понимаю, что вы хотите найти в моей анобласти?

Я заметил, как у Юсупова затряслись руки. Он понимает, зачем мы приехали, и очень не хочет нас туда впускать.

— Пять лет назад ты заманил Дмитрия Филатова в свою анобласть и запер его там, — спокойным голосом сказал я, хотя это спокойствие далось мне с трудом. — Сейчас мы зайдём туда, найдём его останки и вызовем полицию.

— Вы не зайдёте в мою аномальную область, — зло процедил Юсупов, глядя на меня. — И кто ты такой, чтобы так разговаривать со мной, мальчишка⁈ Научись манерам сначала!

Понятно, он не знает, кто я такой, и считает обычным магом. В это время его охранники заметно напряглись, пристально наблюдая за нами.

— Здесь, между прочим, частная собственность, — продолжал он, — и вы не имеете никакого права…

— Погоди, не кипятись. Сейчас я кое-что тебе покажу, — прервал его Орлов, залез за пазуху, вытащил лист бумаги и развернул перед ним. — Узнаёшь свой почерк? Я тогда тебя отпустил, о чём сейчас очень жалею. Но ведь никогда не поздно исправлять ошибки, правда? — он улыбнулся, но его улыбка не сулила ничего хорошего. — Если ты будешь и дальше пыжиться и пытаться помешать нам зайти на территорию аномалии, мы сделаем это сами. Если твои люди встанут у нас на пути, то сильно пострадают. А потом и ты. Мне кажется, что, узнав о той истории, полиция начнёт разбирательства, и раскроются ещё какие-нибудь твои тёмные делишки. Тогда тебя лишат этой прекрасной земли, всех твоих наград и довольствия. Будешь получать нищенскую пенсию и доживать свой век в доме престарелых. Если на каторгу не отправят, конечно. Ну, или в тюрьму не посадят. Это уж как решит суд.

С каждым сказанным Орловым словом у Юсупова сильнее раскрывались глаза. Теперь он походил на красную жабу, живущую в болотах Западного царства.

Он затравлено обвёл нас взглядом, снова протер лысую макушку и кивнул:

— Хорошо. Идите. Но, я ни в чём не виноват! Я ничего не сделал! — снова взвизгнул он.

М-да, похоже, нервы у него ни к чёрту.