Личный аптекарь императора. Том 3

Отец моего тела с каждым днём чувствовал себя всё лучше, и уже мог без посторонней помощи дойти пешком до лавки. Но его магический источник так и не восстановился, и вряд ли сможет сделать это самостоятельно. А мы с Коганом не могли ему в этом помочь. Хотя, по правде сказать, сам Дмитрий ни разу не пожаловался на то, что не может пользоваться маной.

— Опять же, к нашему великому счастью, мой отец в тот день был в отъезде и не присутствовал в покоях наследника. Он открывал новую лечебницу в Новосибирске. Мы с ним каждый день благодарим наших богов за то, что они отвели его от этой ситуации, — Коган возвёл руки к потолку и что-то быстро прошептал.

Молитву, наверное.

— А в деле с Димой ваш господин Мичурин вам ничего не поручал? — настороженно уточнил дед.

— Мы даже не были в курсе того, что наш сюзерен пал так низко, что поучаствовал в сговоре против Дмитрия Григорьевича! — воскликнул он. — Если бы мой достопочтимый отец знал, под кем мы ходим, то оборвал бы все контракты и вышел из-под его влияния… В принципе, что он сейчас и делает.

— Тогда можно вас поздравить? Вы становитесь самостоятельным лекарским родом? — улыбнулся я.

— Таки да! Давно надо было это сделать, но как-то боязно было. Однако моё предложение о сотрудничестве в силе, и я до сих пор с нетерпением жду вашего ответа, — он внимательно посмотрел на меня.

— Когда всё устаканится, мы снова вернёмся к этому разговору, — заверил я.

Мне не хотелось самостоятельно заниматься заказами Коганов. Лучше перепоручить это вассалам, как мы и делаем сейчас. Но, если с нас снимут все ограничения и позволят самим заниматься аптекарским делом, я наберу лучших аптекарей, которые и будут от имени нашего рода изготавливать всё что нужно. Возможно даже зелья.

Но об этом подумаю позже. Сейчас главное, чтобы нас восстановили в правах на изготовление лекарственных средств, сняли ограничение на ману, вернули имущество и, главное, лаборатории.

После ужина я проводил Когана до ворот и двинулся в свою лабораторию. Хотел навести порядок среди манаросов и составить список того, что необходимо вынести из анобласти.

Когда проходил возле бараков, увидел Мишу и Лёню — тех самых бродяг. Они сидели на крыльце и о чём-то еле слышно разговаривали. Между ними лежала зелёная шапочка Эдика.

— О, господин, мы как раз хотели с вами встретиться и предупредить, — оживился Лёня, когда заметил меня.

— О чём предупредить? — спросил я и опустился рядом с ним.

— Уезжаем мы. Хотим перебраться на юг. Там тепло, фрукты везде растут, море плещется, — пояснил Миша. — Это мы из-за Эдика здесь оставались. У него в этом городе мать когда-то жила. А теперь, когда его нет… Короче, мы хотели предупредить, что больше не сможем присматривать здесь за всем.

— Жаль, что уезжаете.