Личное дело женщины-кошки

– Чудовище, – прошептала Елена Сергеевна и упала на диван, – монстр!

– Значит, Лариса изменила мужу, – констатировала я, – Настя не Мишин ребенок, и анализ делать бессмысленно!

– Нет, это не так, – слабо ответила Елена Сергеевна.

– А как?

– Настя дочь Медведева!

– Тогда зачем сей спектакль с самоубийством?

– Морально она его! Мишенька обожал девочку и… вам не понять, – зарыдала Елена Сергеевна, – Ларочка… деньги…

– Ну, раз дело дошло до рублей, – решительно сказала я, – то лучше нам сейчас выяснить подробности. Колитесь, Елена Сергеевна! Ей-богу, вам легче станет!

Старуха замолкла, вытерла лицо платком и деловито спросила:

– Вы меня не выдадите?

– Начинайте, – кивнула я."

"История, рассказанная Кругликовой, оказалась простой, как мечта алкоголика. Муж Елены Сергеевны умер рано, он был директором завода, получал большую зарплату, пользовался привилегиями, и жена не испытывала никаких тягот. Но, увы, счастье не продлилось вечно, после кончины супруга Елена Сергеевна лишилась денег, пайка, машины с шофером и казенной дачи. Пришлось вспомнить профессию учительницы и идти работать в школу, а Елена Сергеевна, хоть и имела диплом педвуза, терпеть не могла детей.

Елене Сергеевне жизнь казалась беспросветной: тягомотная работа, одни туфли на все случаи жизни, пальто из драпа-дерюги, а впереди никаких перспектив, грошовая пенсия и гроб, обитый ситцем.

Одно время Кругликова строила планы в отношении Лары. Как у всякой нормальной матери, у нее теплилось желание получше пристроить дочь, выдать ее за богатого, но симпатичная в детстве девочка превратилась в некрасивую девушку.

– Не беда, – пыталась хорохориться Елена Сергеевна, – с лица воду не пить! Захомутаем бобра умом и сообразительностью.

Но с последними тоже было плохо. Лариса оказалась, мягко говоря, дурой, в школе она получала одни тройки, у нее не было друзей – детей отпугивала полнейшая аморфность девочки. С ней не хотели играть, Лару даже не дразнили. Ну какой смысл пинать кучу песка? Она ведь не отреагирует на оскорбления. Больше всего на свете Лариса любила тупо смотреть телевизор, причем все программы подряд. Впрочем, у нее были и положительные качества, она выросла хозяйственной, хорошо готовила, никогда не спорила с авторитарной Еленой Сергеевной, не требовала красивой одежды, косметики, вкусной еды, не имела особых желаний.

Представьте глубочайшее изумление матери, когда она увидела дочь во дворе с молодым парнем.

– С кем ты болтала? – спросила Елена Сергеевна, когда Лара вернулась домой.

– Не знаю, – равнодушно пожала плечами дочь, – его Мишей звать. В кино приглашал.

– Почему не пошла?

– Неохота, – односложно ответила Лариса и плюхнулась в кресло у телика.

Елена Сергеевна вышла из себя.