Наша личная война

Все люди опытные, не первый день на войне, и прекрасно понимают: неплохо стреляющий боец с СВД (снайперская винтовка Драгунова), состоящий по штату в должности снайпера, и собственно снайпер – это две огромные разницы. Это как, например, «запор» и «шестисотый» «мерс». И то и то машина, и у обоих есть вроде бы одинаковые детали: колёса, рама, руль и так далее. Но маленькая разница, согласитесь, всё-таки присутствует.

Задача, которую в ходе операции предстояло выполнить элементам боевого расчёта, именуемым как «снайперская пара» (снайпер – прикрывающий стрелок-наблюдатель), требовала присутствия именно специалистов квалификации «снайпер», без всяких допусков и натяжек.

Петрушин в двух словах обрисовал полковникам ситуацию.

– Без специалистов завалим всю операцию. Придётся ехать к моим, в ножки кланяться.

– Ну и поклонимся, – одобрил Иванов. – Как вернёмся в Ханкалу, сходишь, договоришься.

– Санкцию на привлечение наших вы спрашивать не станете, правильно я понял?

– Правильно, не стану. Больно жирно будет даже для нас. Но зачем санкцию, Евгений? Это же твой родной отряд, ты там второй человек после командира, а нам надо всего лишь шесть человечков на сутки! Лежать они будут за пределами дальности действительного огня из автомата, на них ни одна муха не сядет…

– Да понятно, вопросов нет… Но вы понимаете, что без санкции руководства… это большой риск и по сути авантюра…

– Евгений, ты зачем мне такие умные слова говоришь? – насторожился Иванов. – Ты скажи сразу, без этих гнусных намёков! Думаешь, не дадут?

– Я хорошо знаю наших, сам такой. Дадут-то они дадут, но это будет нам дорогого стоить.

– Ну, напугал… Мы сейчас, за сутки до операции, можем ещё где-нибудь раздобыть три снайперские пары?

– Нет, не можем.

– Тогда и разговоры ни к чему. Соглашайся на любые условия…

Снайперов им дали. В придачу, по личной просьбе Петрушина, выдали два составных семиметровых шеста из дюрали и два малых комплекта альпинистского снаряжения. Облагодетельствовали, короче. Но поставили условие: половину всех трофеев – отряду. Какие там будут трофеи, никто понятия не имел.

– А если найдём там у них пару «лимонов» баксов?

– Значит, один – наш.

– А если всё взорвётся и совсем ничего не будет?

– Тогда половина ничего – наша.

Пришлось с ходу соглашаться. Куда тут денешься…

Ночью омоновцы шили из простыней маскхалаты – своих у них было всего два на отделение, обматывали бинтами оружие и нечеловеческими усилиями привели в рабочее состояние два НСПУ (стрелковый прибор ночного видения), которые пылились до сего момента в кладовке.