Наша личная война

Подъехали к РОПу (ротному опорному пункту), попросили на пару часов БМП и отделение для прикрытия. Тут же произвели ритуальный акт дарения. Коньяк – командиру, сигареты и сгущ – бойцам. БМП поставили на въезде, отрегулировали связь, отработали сигналы взаимодействия. И поехали наносить познавательные визиты. Всё прошло как по маслу. Даже если и были у супостатов какие-то нехорошие намерения, враждебных акций не последовало. В другом селе сделали точно так же.

– Бесстрашные вы люди, – подвела итог Лейла, когда после завершения визитов её доставили обратно к дому. – После вчерашнего я думала, что теперь вас вообще не увижу.

– Работа у нас такая, – приосанился Петрушин. – Работа наша простая…

– Жила бы Чечня родная, – подхватил Вася. – И нету других забот.

– Марш оккупантов, – пояснила Лиза. – Спасибо за помощь, как-нибудь сочтёмся…

Результатом поездки стало подтверждение той самой тревожной закономерности, которую Лиза вывела в ходе обработки Толстой-Юрта. Общая статистика за три села была такова: из тридцати восьми вдов отсутствовали пятнадцать. То есть более чем треть. И все, по утверждениям домочадцев, убыли в Турцию за товарами!

– Если в каждом селе – вот так… – всполошился Вася. – Это же целая армия!

– Не надо – в каждом селе. – Петрушин достал планшетку с картой и нарисовал круг. – Эти сёла, что мы проверяли, располагаются неподалёку от Сарпинского ущелья. Вот этот круг. Осталось ещё три села непроверенных, включая Челуши.

– Всё равно немало, – покачала головой Лиза. – Даже если добавить ещё пятнадцать – с учётом имеющейся статистики…

– Получается целый взвод, – подытожил Костя. – Но это ведь приблизительные расчёты. А если вдовы пропали не только из близких к ущелью сёл?

– Может, пока не будем говорить полковнику? – засомневался Петрушин. – А то ведь точно застрелится!

– Давайте так, – предложила Лиза. – Доложим, что съездили нормально, и всё. Если он, как вчера, спрашивать не станет. А завтра мы его подготовим и сообщим в обтекаемой форме. Дескать, это только предположения…

– А если спросит? – усомнился Вася. – Врать будем?

– Я что-нибудь отвечу, – взяла на себя ответственность Лиза. – Это моё задание, так что вы можете расслабиться…

* * *С утра, после того как проводили товарищей, Серёга пошёл к своим и обратился с просьбой в отделение РЭБ[23]. Просил дать посмотреть журналы и отслеживать в эфире всё, что связано с такими наименованиями, как «Дед» и «Хасан». Обещал в долгу не остаться, но просил соблюсти конфиденциальность. Никому – ничего, в том числе и начальству."

"Журналы Серёге не дали – не положено, но уверили, что пока никаких упоминаний о «Дедах» и «Хасанах» не звучало.