Ришик или Личная собственность медведя (СИ)

– Если бы договаривались, я бы сейчас не матерился… Кощей, мать твою за ногу! Чё творишь? Думал, я твоего бегемота на дороге от других не отличу? Сгинь в тень, болезненный. Да очкуй, ради бога, но где-нибудь подальше, кто запрещает-то? Ромыч, не беси меня… Лександрыч и тот на хате остался! Да понятно, что в добровольно-принудительном порядке… Но сам факт! Да, ты переборщил. Да понятно, что как лучше хотел… Ладно, сваливай, за Ришкой я сам присмотрю.

Тихо вздохнув, я сползла по сидению, обхватив себя руками за плечи и поджимая подмерзшие ноги. Как-то незаметно привыкнув к комфортабельным машинам байкеров, я оделась слишком легко, совершенно подзабыв о стареньком авто Лектора, в котором печка не очень-то хорошо работала.

Но, надо признать, больше всего меня трясло от нервов, чем от холода.

С того момента, как я вернулась к Мише, прошел почти месяц. Совершенно дикий, какой-то суетливый, можно сказать, бешеный месяц. В клубе ударными темпами шел ремонт, я в срочном порядке готовилась к экзаменам, даже сдала один из них! А легче всё равно не становилось.

Постоянное напряжение копилось, причем у всех. До открытия «Максимуса» оставалось каких-то несколько дней, и вроде бы все работы подходили к завершению… чтобы начать подготовку к грандиозному празднику в честь пятилетия элитного развлекательного заведения.

И я должна была там присутствовать, хотя большинство репетиций прошли без меня! А тут еще экзамен последний этот, да еще папа, видимо, заметивший, наконец, мое отсутствие, ждет дома для какого-то важного разговора…

Ну, вот всё не слава богу!

- Так, от последнего отделались, - отбросив смартфон на соседнее сидение, Ганнибал свернул к университету. – Главное, чтобы Харлей Миху дома удержал.

- Это да, - тихо вздохнула, понимая, как рыжеволосому байкеру сейчас непросто сдержать своего друга… Нам стоил немалых трудов уговорить Мишу остаться и, если честно, я так до сих пор и не поняла, как нам это удалось. И потому, для верности, все имеющиеся связки ключей я забрала с собой, заперев обоих владельцев «Максимуса» в квартире.

Ругань одного из них, конечно, слышно было и через закрытую дверь, но что еще оставалось делать? Ему нельзя ехать со мной, и все это прекрасно понимали. И в итоге в университет сейчас входила в сопровождении своего преподавателя, а не собственного парня…

Пожалуй, так, как я нервничала сейчас, я не переживала даже на вступительных экзаменах. Отмахиваясь от вопросов одногруппниц по поводу моего долгого отсутствия и перевода, старательно зубрила заученный материал, стараясь не думать ни о чем другом, успокаивая себя мыслью о Мише, находящимся сейчас далеко и под надежным присмотром. А так же о Лекторе, подпирающем на данный момент стенку в коридоре.