Личная жизнь моего мужа

Теперь понимаю, что как раз на этот период пришелся пик творческого кризиса. Муж просто не знал, куда вести коллектив, который по этой причине переживал разброд и шатание. И зритель это быстро почувствовал и стал все реже посещать спектакли.

И все же процесс не был катастрофическим, какие-то доходы в театр все же поступали. И вдруг полный провал, денег нет практически совсем. Куда же они, родимые, подевались? Корова их слизала языком? Но откуда взялась это парнокопытное?

Возник настоящий провал, я никак не могла понять, почему столь внезапно и столь резко ухудшилось финансовое положение театра? Что-то я пропустила в своих поисках. Но что?

Я смотрела на Наталью, которая делала вид, что не обращает на меня внимания. С того исторического момента, когда я сказала ей: а теперь прошу вас, не мешайте мне, я буду работать, она действительно не мешала мне работать, даже не заговаривала со мной. «Здравствуйте» и «До свидания» понятно не считается. Это по другому ведомству – формальной вежливости. А как без нее? Мы же все-таки культурные люди, да и в театре находимся.

Мне жутко хотелось задать моей напарнице пару важных вопросиков, но я пока воздерживалась от них, надеясь разобраться в загадке самостоятельно. Я совсем не исключала того обстоятельства, что она специально подстроила для меня эту задачку, которую не так-то просто решить. У этой девицы я вряд ли вызываю положительные эмоции. Как, впрочем, и она у меня. Пожалуй, только это нас и объединяет.

Отгадку загадки я все же нашла, хотя стоило мне это немало усилий и времени. И я нисколько не сомневаюсь, что того и другого пришлось затратить столь много исключительно по вине сидящей напротив девицы. Именно она постаралась упрятать среди других бумаг две платежки. Она положила их так, что обнаружить их можно было лишь тщательно перерыв всю толстенную пачку документов. Что я и сделала, сама не знаю для чего. Судя по всему, мною руководило подсознательное чувство, что следует что-то искать. И я нашла.

Вот только разгадав загадку, которую мне подкинула эту тварь, извините, я хотела сказать Наташа, я сразу же очутилась перед другой тайной. Эти платежки вызвали у меня что-то вроде шока. Они являлись перечислением весьма крупных сумм в одну частную клинику за лечение некой Анны Владиславовны Пановой. До сего момента я никогда не слышала об этой госпоже. Я напрягла свою девичью память, которой, впрочем, могла по праву гордиться, так как она запоминала столько вещей, что я сама изумлялась, но так ничего не вспомнила. Сомнений, что я это имя мне незнакомо, больше не оставалось.

Я едва не спросила у Наташи, не знает, ли она, кто такая Анна Владиславовна Панова, но вовремя прикусила язык. Я вдруг всей кожей ощутила, что она как раз знает эту особу. Причем, хорошо знает.