Лиат душа Эсхейма

Около тридцати оборванцев… с одной стороны их охраняли воины лорда Рейнира, с другой – замковая стража во главе с Ареном и местные жители, в основном женщины, которые голосили словно на похоронах.

– Мужей, отцов и сыновей признали, – произнесли над моей головой знакомым голосом, как всегда, неслышно подкравшись.

– Я так полагаю, это те самые разбойники?

– Верно, только какие они разбойники? И схрона с награбленным нет, и спали под деревьями, – с усмешкой проговорил Рейнир, наконец встав так, чтобы я его видела, так как поворачиваться к муженьку я принципиально не стала, хотя высказаться, глядя в лицо, очень хотелось.

– И чего они скрывались?

– Дезертиры, – беспечно ответил мужчина, пристально на меня посмотрев, – это твои люди, тебе их и наказывать.

– Угу… славный свадебный подарок, – буркнула, ещё раз оглядев горе-разбойничков и их защитниц, и спросила, – поможешь? Я буду по одному их вызывать, спрашивать, а ты ответы слушай и говори, лжёт или правду рассказывает. Женщин одиноких у меня здесь хватает, не хочу лишать и этих… а оставлять в Эсхейме головорезов и маньяков желания нет…

– Что я за это получу? – с нагловатой улыбкой протянул мужчина, сверкнув своими тёмными глазищами.

– Это твоя работа, – напомнила коннетаблю, но тот и ухом не повёл, лишь коротко бросил:

– Я служу его величеству.

– Я полагала, что одарённые служат людям? – произнесла, упрямо не отводя, надеюсь, прожигающего насквозь взгляда от хитрого прищура муженька."

"– Нет, одарённые служат только королю, – настоял на своём Рейнир и, выдержав небольшую паузу, повторил, – так что я получу взамен помощи?

– Ты мой муж, разве проблемы теперь и твоей земли тебя не касаются? – продолжила настаивать, уверенная, что стоит только согласиться на его условия, то я попаду в ловушку, из которой мне уже будет не выбраться.

– Ты лорд земель Эсхейма, я всего лишь твой муж и прав на землю не имею, – огорошил признанием Рейнир, окончательно запутав меня в этой странной системе наследования и управления.

– А просто помочь? – проговорила, состроив, как мне казалось, просительное выражение лица, которое по плану должно было разжалобить этого чёрствого человека, но все мои усилия были тщетны.

– Я помог, я освободил торговый путь.

– Спасибо тебе большое, – не смогла удержаться, язвительным тоном поблагодарила и, бросив беглый взгляд на рыдающих женщин, сердито потребовала, – что ты хочешь?

– Ночь с тобой.

– Разве у нас с тобой её не было?! – деланно удивилась, с трудом сдержав вырывающиеся ругательства.

– В одной постели, – уточнил гад, предвкушающе скалясь.

– Ночь? Одна? – переспросила, пристально посмотрев на мужчину, надеясь усовестить его, но и это оказалось бесполезным.

– Одна ночь.