Лиат душа Эсхейма

– Угу, это я знаю, – поторопила мужа, – всё началось с Ханны? Что сказал Арен? Ты знал, что он сын Гуннара?

– Слышали… мы шли за вами, но попали в ловушку Ханны, – зло бросил Рейнир, – прости… Ханна всё предусмотрела, вернее, та тварь, что подселилась в неё. Для неё не было секретом, что я остался в замке. Твари было всё равно на меня. Она ждала подходящего дня, чтобы возродить старшее зло.

– Но как? Как мы не заметили в ней этого? Когда она стала такой? После обряда, совершённого Гуннаром?

– Не совсем. Гуннар сломал печать на вратах. Тёмный яд просочился в девочку и затаился, но всплески неконтролируемой злости стали проявляться всё чаще, и отец запер дочь с нянькой в башне. Старуха была помешанной на дисциплине, и Ханна росла в строгости. Но со временем научилась управлять вспышками своего гнева, стала ласковой, но с каждым днём всё больше ненавидела отца, няньку и всех, кто с ними связан.

Однажды ей удалось сбежать, сама тень привела её на то самое капище, где она была младенцем. Там её давно ждали и за каплю невинной крови одарили. Но ничего ОНИ так просто не дают, капля крови – капля силы, и чтобы стать могущественной, требуется пролить немало невинной крови. Хотя те твари сжирали все…

– Жуть, – передёрнула плечами от вдруг охватившего меня озноба.

– Да, Ханна хорошо научилась прятаться. Как паук она оплела своими сетями замок, и убивая, набирала силу. Внушала, управляла, но всё ещё была слаба и справиться с отцом и главами ей было не по силам. Тогда она нашла Арена, он был тщеславен и мечтал о власти. Вместе они избавились от Вигго, затем от его матери. Труднее всего было убить Гуннара, тогда Ханна и Арен подставили тебя, но всё пошло не по плану. Виллум не дал тебя казнить, а после и старшее зло вдруг потребовало тебя и твоего ребёнка оставить в живых до нужного дня. Пришлось Ханне затаиться и продолжить притворяться тем, кем она не является.

– Бедный ребёнок, если бы не жадность Гуннара, то ничего бы этого не случилось.

– Нет, Лиат, всё ими было определено давно…

– Постой, это тебе всё Арен рассказал? – вдруг сообразила я, удивляясь такой осведомлённости.

– Хм… Ханна. Мой дар имеет последствия. Убивая, я переживаю жизнь моего поверженного, – чуть запнувшись, всё же ответил Рейнир.

– Всех? – потрясённо пробормотала, с сочувствием посмотрев на мужа.

– Да.

– Как ты с этим живёшь?

– Со временем смирился… ты тоже привыкнешь к своему дару, – ободряюще улыбнулся королевский коннетабль, – вот только нам придётся вместе с ним разбираться. О нём в Валааре ничего не известно. Марен мы тоже помочь не в силах – как действует её дар, мы с отцом тоже не смогли понять.

– Точно! Отец?!

– Он и моя мама в гостиной и ждут, когда ты им позволишь войти.