Помнишь ли ты…

Все будет прекрасно, дорогая.

— Диана сказала, что приедет пятнадцать минут восьмого, а сейчас уже половина, — возразила Кори. — Диана никогда не опаздывает!

Мать Кори оглядела вестибюль и увидела, что толпа подтягивается к площадке, где должно было разыграться основное действие.

— Возможно, она решила не приезжать, — произнесла Мэри Фостер.

Принужденная улыбка Кори сменилась тревожной гримасой.

— Отменить поездку в последнюю минуту — самое худшее, что она могла предпринять.

— Она непременно приедет, — успокоил Спенс обеих женщин. — Диана никогда не пасовала перед трудностями."

"— Я поняла бы ее, если бы сегодня она струсила, — ответила Кори. — Диана превыше всего ценит неприкосновенность своей личной жизни и достоинство, а в результате выходки Дэна она словно подверглась публичной порке. На ее месте у меня вряд ли хватило бы смелости показаться здесь сегодня.

— Ты не права, — убежденно перебил ее Спенс. Кори ответила ему изумленным взглядом:

— С чего ты взял?

— Все дело в гордости, — объяснил он. — Оскорбленная гордость заставила бы тебя приехать сюда и рассмеяться всем в лицо. Гордость — все, что осталось теперь у Дианы, и она появится на балу с высоко поднятой головой.

— Она будет здесь, — подтвердил Дуг Хэйуорд.

— На самом деле, — вдруг произнес Спенс, — Диана уже прибыла. — С улыбкой взглянув на жену, он добавил:

— И справилась с этой задачей превосходно.

Кори в растерянности обернулась и увидела, как Диана невозмутимо шествует сквозь толпу с высоко поднятой головой, очевидно, не замечая пристальных взглядов окружающих. Кори преисполнилась такого ликования и была так удивлена неожиданным появлением сестры, что на несколько минут напрочь забыла про Дэна Пенворта и разорванную помолвку.

Обычно на официальных приемах Диана предпочитала выглядеть неброско и элегантно, но сегодня… С восхищенной улыбкой Кори разглядывала ее изумительное лиловое платье. Покроем напоминавшее саронг, с глубоким разрезом на боку, это платье начиналось узкими бретельками, переходило в полотнища лилового шелка, мягко облегающие точеные бедра, и заканчивалось узким воланом, открывавшим носки туфелек. Вместо гладких прядей на плечи Дианы спадали каскады волн — изысканная простота этой прически представляла завораживающий контраст с соблазнительной утонченностью платья. Кори крепко стиснула Диану в объятиях.

— А я так боялась, что ты останешься дома! — прошептала она.

— Такое мне и в голову не приходило, — солгала Диана, отвечая на объятие сестры и ободряюще улыбаясь матери и бабушке. Взволнованная и несчастная, она была так рада увидеть родных.