Помнишь ли ты…

— Этот способ действует безотказно. Ведь ты уже готовишь салат, верно? — Она протянула мужу чистое кухонное полотенце. — Заткни его за пояс, иначе непременно испачкаешься.

Бывший блистательный защитник команды Южного методистского университета смерил полотенце оскорбленным взглядом.

— Настоящие мужчины не носят передники, — заявил он.

— Считай эту штуку набедренной повязкой, — предложила Кори.

Несколько минут они работали в дружеском молчании, уже вдвоем наблюдая за парой во дворе. Диана стояла, прислонясь к пальме, а Коул уперся ладонью в ствол у нее над головой. Какие-то слова Дианы заставили его рассмеяться.

— В детстве, — произнесла вдруг Кори с мечтательной улыбкой, — я была так страстно влюблена в тебя, что не понимала, почему Коула Гаррисона считали сексуальным.

— А теперь понимаешь? Кори кивнула.

— Когда-нибудь я хотела бы сфотографировать его У него очень выразительное лицо — словно состоящее из плоскостей и острых углов.

— Мне он вовсе не кажется подходящим типажом для «Брукса».

— Разумеется! Для манекенщика у него слишком много грубой мужской силы. Чем-то он напоминает хищника Она высыпала пригоршню листьев салата в миску и взяла длинный влажный пучок шпината, задумчиво продолжая.

— Я сфотографирую его на фоне, соответствующем его облику."

"Спенс хмыкнул, явно уязвленный тоном жены и ее комплиментом другому мужчине.

— На каком? — спросил он, принимаясь резать лук.

— Пожалуй, я выберу горный пейзаж или пустыню, залитую солнцем, с голыми скалами на заднем плане.

— Горы без деревьев и снежных шапок Спенс считал безобразными и потому согласно кивнул.

— Это будет ему под стать.

Пропустив мимо ушей это замечание. Кори на мгновение отвлеклась от стряпни и вновь уставилась в окно — Скажи-ка, — с вызовом спросил Спенс, — как ты собираешься спрятать его глаза?

— Зачем нужно их прятать? — удивилась Кори, повернувшись к мужу.

— Затем, что они холодные и твердые, как гранит. Сегодня днем я наблюдал за ним и не заметил в них ни капли тепла.

— Да, я запомнила его менее сдержанным и суровым, — призналась Кори, — но вряд ли он стал бесчувственным. Вспомни, как он купил Диане ожерелье на аукционе. А теперь взгляни на них. Чем не прекрасный принц, который пришел на помощь Золушке?

В скептическом молчании Спенс выглянул в окно. Не дождавшись ответа, Кори спросила:

— А о чем думаешь ты, когда видишь их вдвоем?

— О Красной Шапочке и злом Волке.

Кори улыбнулась, но Спенс тотчас добавил:

— Насколько я могу судить, мужчина, которым ты так восторгаешься, самый жестокий сукин сын, а также самый безжалостный предприниматель этого десятилетия.

Кори забыла о зелени.

— Не понимаю, почему ты так говоришь.