Помнишь ли ты…

Должно быть, ты гордишься делом своих рук.

— Я только организовала его и вывела на рынок, — поправила Диана, — а не создавала в полном смысле слова. — Она кивнула в сторону родных:

— Творцы здесь — они.

Диана поняла, что Коул не поверил ей, но понадобилось бы слишком много времени, чтобы объяснить: прежде чем отец Дианы женился на дочери Генри Бриттона и перевез ее с падчерицей в хьюстонский особняк, семейство Бриттон довольствовалось тем, что сделало своими руками.

Глава 33

— Идите сюда! — нервно улыбаясь, заявила Диана, когда ввела свою небольшую аудиторию в парадную гостиную с огромным роялем у одной стены и большим камином с мраморной доской у другой. — Устраивайтесь поудобнее.

Посреди комнаты, разделенные резным журнальным столиком розового дерева, стояли два длинных дивана с темно-бордовой обивкой в золотую полоску, заваленные множеством пухлых подушечек в переливающихся блестками наволочках. Широким жестом Диана указала на диваны и два кресла рядом, а затем прошла вперед и повернулась спиной к клавиатуре.

Коул разместился по другую сторону рояля, ибо так он мог участвовать в процессе обсуждения новости, если понадобится, но при этом не мозолить глаза. Гаррисон заинтересованно наблюдал, как Диана прислонилась к роялю и нервно потерла ладони одна о другую — словом, вела себя так, будто и вправду боялась сообщить новость своим родным. С точки зрения Коула, Диана была взрослой женщиной, которая взвесила риск, приняла решение и могла не ждать никакой поддержки или одобрения от родственников, а тем более отчитываться перед ними.

Мать с бабушкой уселись на один из диванов. Кори и Спенсер Эддисон поместились на другом. Дедушка предпочел никуда не садиться, только опереться о спинку кресла.

— Нет, нет, дедушка! Пожалуйста, сядь, — попросила она.

— Я постою.

— Будет лучше, если ты услышишь новость сидя, — пробормотала Диана.

— Должно быть, ты припасла для нас большой сюрприз, — поддразнил Генри внучку, усаживаясь в кресло. Выполнив ее желание, дед расплылся в выжидательной улыбке, свидетельствующей о том, что он ошибочно принял видимое беспокойство Дианы за возбуждение и приготовился услышать нечто радостное. — Ну что же, все мы в сборе, — заявил он. — Начинай.

Диана оглядела внимательные лица родных, провела руками по бедрам и призналась со сдавленным смехом:

— Последний раз я нервничала так в шестнадцать лет, когда мне пришлось стоять здесь и заявлять во всеуслышание, что я разбила новенькую машину, только что подаренную папой мне на день рождения.

Кори поняла, что Диану на этот раз подвела ее выдержка, и мгновенно бросилась на помощь сестре.

— Честно говоря, Диана не разбивала машину, — призналась она с улыбкой, в которой не чувствовалось раскаяния. — Это сделала я.