Лежи смирно, Девочка!

В моей голове, я уже давно натягивала на себя платье и мчала прочь из обители разврата, старательно стирая из памяти последние часы своей жизни и готовясь к тому, что утром бы написала второе в своей жизни письмо монстру, мол, так и так, простите блудную, но мы не можем поженится, поскольку я не вынесла долгого одиночества и решила эту проблему с… проститутом? До чего же смехотворно это звучит в моей голове. Но к моему несчастью, мужчина, что этой ночью сделал из меня женщину, похоже не собирался меня отпускать. Об этом недвусмысленно намекал его увеличившийся в размерах член. Я не была готова повторить, пусть мне и было хорошо. Да чего там? Мне было очень хорошо! Но на данный момент внизу живота сильно саднило, и я не была уверена, что смогу самостоятельно присесть.

- Как ты себя чувствуешь?

Я даже сморгнула от этого вопроса. Насильник интересуется моим самочувствием? Бросьте! Нет, я не хочу в это верить.

- Как будто пару минут назад побывала под чудовищем. – Фыркнула я, стягивая полотенце с тумбочки. – Что соответствует действительности.

- Отлично. – спокойно ответил мужчина и двинулся на меня, вынудив прижаться к стене. Я испугалась, что он захочет повторить, но он, глядя на мою реакцию, только усмехнулся и не отрывая взгляда смыл кровь со своего детородного органа, после чего демонстративно взял край моего полотенца и обтёрся. – Раз уж ты можешь язвить, значит и до дома вполне способна добраться. Я скажу Тамэль, чтобы она дала тебе новое платье. – Он склонился надо мной и прижался губами к моим губам, вынудив моё сердце споткнуться. Поцелуй не был страстным, он был… холодным? Никаким? Очень странным, определённо. Потому что, он в этот поцелуй не вложил ничего, просто прикосновение губами, но моё сердце всё равно дрогнуло. Оторвался от меня и посмотрел острым взглядом, проникающим прямо в душу. – И больше не делай глупостей, о которых потом сама же и пожалеешь.

И он спокойно развернулся и покинул меня, затравленным взглядом глядящую в его широкую спину.

И только когда до меня донесся звук запирающейся двери, я осознала, как напряжена была всё это время. Пожалуй, именно присутствие этого мужчины поблизости не давало мне почувствовать крупную дрожь в теле и подступающие к горлу слёзы.

Это была неконтролируемая истерика, звуки которой прорывались наружу несдерживаемыми рыданиями.

Это был не тот сценарий, которого я ожидала. Совсем не тот.

***

Утром того дня я написала письмо, в котором указала причину расторжения свадьбы. Было страшно, что в любой момент к дому подъедет чёрная карета, которая увезет меня из родительского гнезда в каменную обитель божьих помыслов.

Я сидела, как на иголках, в ожидании своей участи, но не было никаких визитов.