Лезгинка по-русски

Навалили вы нам работы на месяц вперед! Пока со всеми разберешься… Хотя с теми, которых вы здесь остановили, все более-менее ясно. Отряд, вернее, три отдельных джамаата, состоял в основном из афганских и арабских наемников. Отправлялись отдохнуть на родину, но не дошли.

– Значит, больше не появятся в наших краях, – резонно рассудил Занадворов.

– И это тоже правильно, – согласился Россомахин. – Впрочем, это все не мои заботы, а только дела моих коллег, которые стонут, скажем так, от вашей производительности труда. Я соглашусь, что у них работы и без того хватает, а вы им добавили втрое против нормы. Я же здесь по тому же делу, что и Георгий Игоревич.

– Да, Сергей Палыч, нам сообщили, что вы слишком мало спали в последние дни, и потому мы решили провести допрос без вас. И провели. Один из чеченцев, кстати, давно и безуспешно разыскивается по всей Европе Интерполом, но безуспешно. А вы его здесь захватили, хотя, согласно нашим данным, в Чечню он обычно наведывается на день или два, и информация о его прибытии всегда запаздывала. Мы ничего не успевали сделать, как он исчезал из поля зрения всех силовых структур.

– Это кто такой? – спросил Занадворов, уже примерно зная, о ком идет речь.

– Некий Джогирг Вахович Зурабов. Официально он считается помощником Амади Дидигова, хотя в действительности являлся помощником очень многих полевых командиров, и ныне воюющих, и сложивших оружие, и убитых, и даже скрывшихся за границей и ныне проживающих там. В том числе и тех, кто находится в федеральном и международном розысках. Джогирг Вахович – финансист. И не просто финансист, а, как говорят, финансовый гений, способный очень удачно управлять порученными ему суммами."

"– Он финансировал боевые действия и террористические акты? – спросил подполковник Занадворов.

– Только частично и косвенно. Он управлял финансовыми средствами многих командиров, а те распоряжались своими деньгами по своему усмотрению. Кто-то и на боевые действия тратил, и на террористические акты, кто-то на это выпрашивал деньги у спонсоров. Все, как обычно. Но все же большинство эмиров предпочитало собственными деньгами не сорить, понимая, что в Чечне можно только воевать, но мирно жить уже не получится, и потому старались обеспечить себе и своим семьям возможность безбедного существования за границей. По нашим данным, более четверти акций норвежских нефтяных компаний принадлежит чеченцам. И чеченская диаспора в Норвегии самая мощная и финансово сильная среди всех диаспор страны. И самая криминальная, кстати, тоже…

– А что этого Зурабова сюда занесло? – поинтересовался Сергей Палыч.

– На европейском финансовом фронте рискованная игра сейчас не приветствуется, и Зурабову там пока трудно.