Lex

– Послушайте, Эммануил Викторович…

– Нет, теперь вы меня послушайте! Она еще ребенок и не до конца осознает смысл всех своих поступков и решений…

– Ей восемнадцать лет!

– Не смешите меня, что знает ребенок о жизни в восемнадцать лет?! Она еще ничего не понимает. А я ей объясню, что таким людям, как вы, нет места рядом с ней.

– А каким есть? Таким, как Адам? Или таким, как Роберт?

Он изменился в лице. Понял, что я имел в виду.

Я решил идти до конца.

– Они ее ровесники, и вот таким парням вы готовы доверить дочь? Только из-за подходящего возраста?

– Не все парни такие, как они! – ага, значит, Адам выбыл из списка любимчиков – это хорошо. – Есть и другие. Образованные, воспитанные, из благополучных семей. Скажу прямо: мне не хочется связываться с вашей семьей.

– И что же вам не нравится в моей семье? Что такое семейство, как ваше, может противопоставить моему? – дед! Он тут откуда взялся в такую рань?!

И, кажется, Эммануил Викторович тоже не был готов к появлению генерального директора «Стройсам».

– Алексей Дмитриевич… здравствуйте, – отец Эвы встал и протянул руку моему деду в знак приветствия, на что тот лишь мазнул взглядом по нему, прошел в глубь кабинета и сел на стул напротив меня. Затем развернулся немного в направлении дивана и очень холодно и жестко произнес:

– Итак, что вы нашли в моей семье такого, что не соответствует уровню вашего семейства, – и пренебрежительно добавил, – Моня?*

Откашлявшись, Эммануил Викторович проглотил презрительность моего деда и снова уселся на диван.

– Можете называть меня так, в конце концов, мать меня так и зовет. И вы это прекрасно знаете, вы же с ней близко знакомы, не так ли?!

«А вот это сюрприз! Я этого не знал».

Перевожу взгляд на деда, жду его реакции, но он лишь делает взмах рукой типа: «не так уж и близко мы с ней знакомы, не стоит об этом говорить».

– Давайте не будем вспоминать о делах давно минувших лет. Меня волнует ваше пренебрежительное отношение к моей семье. В чем суть? Или ваша матушка до сих пор не утратила своего желания породниться с людьми «голубых кровей», чем заразила и вас.

Отец Эвы уже хотел ответить, как дед, перебив его, начал продвигать свою теорию:

– Хотя, о чем это я?! Вы же женаты на обычной женщине из глубинки, не скрою, красивой, но все же без родословной. И как ее еще не свела со свету Евангелина, да еще и позволила родиться двум детям? Фантастика, да и только! В молодости она была очень категорична в данном вопросе.

По лицу Эммануила Викторовича видно, что затронута больная для него тема. И он не спешит что-либо ответить деду.

И насколько я знаю со слов Эвы, у них до сих пор не ладятся отношения в семье, вот, оказывается, почему свекровь не принимает сноху.