Левиафан

Почему же он — такой могущественный и властный — стоял смущенный и в оцепенении перед этой женщиной, появившейся из ниоткуда. Он не собирался это терпеть. Пришло время брать ситуацию под свой контроль.

— Я знаю, где Бразио Валериани, — сказала женщина, прежде чем Блэк успел перейти от мыслей к действиям.

Он почувствовал, как какая-то преграда внутри него дала трещину.

— И где же?

— Начнем с того, что вы ищете место для ночлега, не так ли? Сомневаюсь, что скамья в парке вам подойдет. Моя карета недалеко отсюда. А моя вилла находится на другом берегу залива в часе езды.

— Где Валериани? — Голос Блэка сделался более требовательным, однако женщина продолжала улыбаться.

— На винограднике, конечно же, — ответила Венера. — На севере. А теперь предлагаю продолжить разговор на моей вилле, где вы сможете хорошенько выспаться в настоящей постели.

Откуда эта женщина узнала об этом? Это была тайна, которую он должен был разгадать. Если она действительно знала, где Валериани… это меняло все, не так ли?

— Мы собирались отправиться на поиски утром.

— Я доставлю вас обратно к рассвету. Доверьтесь мне.

Блэк все еще колебался. Эта женщина была так прекрасна. Даже соблазнительна… но чем-то она пугала его, а он уже очень давно не испытывал этого мучительного чувства.

Он посмотрел на Доминуса, ожидая подсказки. Довериться ей?

Его призрачный спутник кивнул. В ту же секунду Венера Скараманга взяла его холодную правую руку в свою теплую левую и сказала:

— Клянусь вам… своей жизнью.

С этим громким обещанием она увела его прочь.

Глава девятая

Адам Блэк стоял в темной комнате без стен с полом из коричневого камня.

Он видел сон. Знал, что спит.

Это был сон, который он видел много раз, и с каждым разом он казался все более реальным."

"Шагая по камням, он заметил мерцание в воздухе перед собой. В следующее мгновение он уже стоял перед огромным зеркалом, в котором видел собственное отражение. И все же в стекле было что-то еще. Вокруг него кружили странные фигуры. Ничего было толком не разглядеть, но он улавливал очертания плеч, головы, рук, туловища… все это было размытым, неясным и смутным в зеркале. Фигуры ждали его призыва. Он смотрел, как они движутся, словно состоят из жидкости, поднимаются из глубин.

У Адама пересохло во рту. Он чувствовал, как от ожидания у него потеют ладони. Он знал, кого должен призвать. Казалось, он знал это всю жизнь. Семидесятый Демон, изображенный в книге… могущественный Принц-Провидец, который управлял войском из двадцати шести легионов и выполнял все, что ему приказывали, если правильно начертать его печать и произнести соответствующее заклинание. Адам запечатлел и то, и другое в своей памяти. Он был готов.