Левиафан

Сантьяго обещает, что нас передадут на попечение итальянцам, даже если я не найду Валериани или зеркало. Женщина должна будет решить, как долго продолжать поиски, а капитан Андрадо и четверо солдат будут нашими телохранителями.

— Значит, ты хочешь затянуть поиски? — Фэлл покачал головой. — Мэтью, эта женщина может продолжать их месяцами. — Он сделал паузу, прежде чем задать следующий вопрос: — Ты так сильно боишься найти этого человека и это зеркало?

— Нет! Конечно, нет! Я просто… — Мэтью осекся, потому что снова не видел смысла возражать столь проницательному собеседнику. — Возможно.

— Коготок увяз — всей птичке пропасть, — ответил Профессор. — И… разве тебе самому не любопытно?"

"— Однажды я читал комедию Бена Джонсона под названием «Всяк в своем нраве», — сказал Мэтью. — В ней есть строка, которую я никогда не забуду: любопытство сгубило кошку. Оно и меня едва не погубило, притом, множество раз. Вам это доподлинно известно.

— Ах, — вздохнул Фэлл, — но ты — просто еще одна разновидность летучей рыбы, как и я. Ты можешь стремиться к чему-то другому, но ты ведь знаешь, где твое место, разве нет?

Мэтью недолго размышлял над этим вопросом.

— Да.

— Тогда давай насладимся оставшимися несколькими днями, прежде чем каждый из нас вернется к своей истинной сути, — сказал Профессор и положил руку на плечо Мэтью.

Он не вздрогнул и не отшатнулся. Но больше всего его поразило то, что он не попытался сбросить с себя руку старика. Они шли вместе по кладбищу под звездами, пока мягкие волны накатывали на гавань, факелы мерцали на ветру, большая часть Альгеро спала, а в номере гостиницы «Маркиза Лорианна» женщина с серебристыми локонами отмечала особую страницу в книге демонов.

Часть вторая. Путь боли

Глава шестая

— Расскажи мне, — попросила Камилла Эспазиель.

Она сидела напротив Хадсона за кухонным столом, а между ними стоял ужин, состоявший из кукурузного супа, жареных сардин и печенья. Также за столом на испанской каравелле «Estrella del Oeste»[20] сидели Мэтью и Профессор Фэлл, коротая время за кружками пива, смешанного с лаймовым соком. Предыдущий вопрос Камиллы, обращенный к Хадсону, звучал так:

— Что так сильно мучает тебя, что ты даже не можешь об этом говорить?

Хадсон молчал, уставившись на свои сжатые в кулаки руки.

Корабль длиной в семьдесят пять футов отплыл из Альгеро четыре дня назад и при попутном ветре под треугольными парусами быстро приближался к итальянскому «сапогу» в Адриатическом море.

Для Мэтью настоящим облегчением стало то, что Кардинал Блэк довольно редко появлялся на камбузе, чтобы поесть вместе с командой.