Левиафан

Когда Хадсон в ответ обнял ее, Венера резко рассмеялась и сказала:

— Кажется, среди нас влюбленные. — Она перевела эту реплику для развлечения остальных, и все захохотали, кроме всегда молчаливого человека-волка.

Хадсон задумался, может ли Лупо говорить или из-за отсутствия нормального мяса он отрезал себе язык и съел его с куском хлеба, пропитанным томатным соусом.

Мог ли он что-нибудь сделать? Хоть что-нибудь? Лучше ли умереть в бою, чем быть замученным до смерти?

У Хадсона и Камиллы не было выхода из этой ситуации… если только он не дотянется до одного из висевших на стене…

Лоренцо снова толкнул его, и меч Греко уперся ему в спину. Его подвели к богато украшенному деревянному стулу с высокой спинкой, на подлокотниках которого были кожаные наручники, а на месте лодыжек — кожаные манжеты. На уровне шеи висел дополнительный кожаный ремень. На стуле было вырезано нечто, напоминающее демонические лица, которые тянулись вверх из самой Преисподней. Подушки не было — никакого комфорта, который можно было бы обеспечить в этой обители проклятых, — и Хадсон был потрясен, увидев сотни дыр в спинке и сиденье стула. С правой стороны был закреплен металлический рычаг. Он прикинул, что при перемещении рычага железные шипы вонзятся в плоть через отверстия.

Он увидел, как Лупо схватил Камиллу за руку и потащил к дыбе, а Венера стояла в стороне и наблюдала за происходящим черными глазами, сверкавшими в свете ламп зловещим ожиданием. У Камиллы подкосились ноги, лицо посерело от страха. Человек-волк грубо дернул ее за руку, и она снова встала.

Страх сменился гневом, она стиснула зубы и ударила мужчину в грудь, но получила удар по голове костяшками пальцев в черных перчатках. На этот раз она чуть не упала, но Лупо продемонстрировал свою силу, подняв ее и бросив, как мешок с мусором, на дыбу.

Лучше ли умереть в бою, чем быть замученным до смерти? Похоже, что да.

Хадсон напрягся и ударил локтем назад, целясь Греко в лицо и одновременно пытаясь увернуться от рапиры. Его локоть угодил Греко в грудь, потому что тот двигался быстро, но этого удара было достаточно, чтобы враг пошатнулся. Лоренцо ткнул Хадсона ножом в бок, но тот блокировал удар, нанес встречный и попал Греко прямо в рот с душераздирающим хрустом.

Лоренцо выронил нож, и тот со звоном упал на пол.

— Non ucciderlo! — крикнула Венера. Не убивай его!

Греко тут же снова бросился на Хадсона, и, хотя приказ Венеры был понятен, острие рапиры полетело в противника, как голова ядовитой змеи. Хадсон увернулся, но Лоренцо с окровавленными губами набросился на него, и они оба рухнули на стену рядом с креслом для пыток. Хадсон бил Лоренцо по голове и плечам, нанося удары, которые могли бы переломать кости менее сильному человеку. Лоренцо снова пошатнулся.