Левиафан

У него было приятное лицо с высоким лбом, узким римским носом, постриженными черными усами, слегка тронутыми сединой, и коротко подстриженной козлиной бородкой. Он перевел взгляд с Камиллы на Мэтью и обратно.

— Posso aiutarvi?[39] — спросил он.

Камилла заговорила с ним по-итальянски.

— Вы — Бразио Наскосто? — спросила она.

— Да, это я.

— Меня зовут Камилла Эспазиель, а это мой друг Мэтью Корбетт. Вы говорите по-английски?

— По-английски? Нет. — Глаза за стеклами очков высмотрели повозку и двух всадников. — В чем дело?

— Мы можем войти и поговорить с вами?

Мэтью заметил настороженность на лице мужчины. Он достаточно хорошо понимал язык, чтобы разобрать вопрос «В чем дело?».

— Нам нужно всего несколько минут вашего времени, — мягко сказала Камилла. — Пожалуйста.

— Думаю, нет, — ответил мужчина. — Хорошего вам дня.

Он начал закрывать дверь, но Мэтью уперся ботинком и не позволил этого сделать. В глазах мужчины вспыхнула искорка гнева.

— Tengo una pistola in casa![40] — сказал он.

Мэтью достаточно хорошо его понял.

— Спросите его, зачем он держит дома пистолет. Неужели здесь водятся опасные преступники?

Камилла предпочла не развивать эту тему.

— Мы проделали долгий путь, чтобы найти вас, — сказала она, стараясь держаться спокойно и мягко. — Вы можете быть уверены: если у нас получилось отыскать вас, то и у других получится, мастер Валериани.

Гнев выветрился с лица мужчины, оно сделалось совершенно пустым.

— Мадам, — сказал он, — я не знаю, за кого вы меня приняли, но вы ошиблись домом и обратились явно не к тому человеку. А теперь, пожалуйста… у меня на огне минестроне, так что…

— Испанское правительство хочет заполучить зеркало вашего отца, — перебила Камилла. — Я здесь для того, чтобы убедиться, что они его не получат. Я хочу, чтобы оно было уничтожено.

Мэтью почувствовал, как в воздухе зависает сомнение. Оно было его собственным. Что бы ни говорил этот человек, казалось, он собирался стоять на своей версии. Твердость его намерений укрепляла сомнения.

Я ошибся? После стольких лет усилий… мы действительно пошли по ложному пути, или…"

"— Я уверена, что вы создали себе прекрасную и убедительную биографию, — продолжала Камилла. — У этого молодого человека, что стоит рядом со мной, есть основания полагать, что вы прятались на винограднике, где выращивают Амароне. Полагаю, это почти созревший виноград? И вы выбрали себе новое имя: Бразио Наскосто! «Невидимый Бразио». Серьезно? Ваши намерения были понятны, но вам не хватило воображения. И вы до сих пор так сильно презираете своего отца, что решили выдумать себе новую личность и бежать из Салерно? — Мужчина молчал, и она сорвалась на крик: — Говорите!

В глазах мужчины плескалась ярость. Губы кривились.