Летучий корабль

— Чей-то недопонял я…

— А че ж тут непонятного, — пояснила Баба Яга, — рази ж какая тюрьма Кощея удержит? Ежели не сам цепи порвет, так найдет дурака-царевича, тот его пожалеет, водицы испить даст, а уж там и… Нет, милок, отродясь такого не бывало, чтоб сам Кощей Бессмертный из застенков каменных да кандалов железных сбежать не смог!

— Ну и шут с ним! — храбро заключил Митька. — Пущай себе бежит, а мы опять поймаем — и в кутузку!

— Это правильно. Работа у нас такая, интересная: они бегут, мы ловим. Ты бы вот лучше рассказал, почему Борова и Свина проворонил? Говорил, нет их. А они вон какие шкафы, в неподходящее время выискались…

— Да спрашивал же я, спрашивал! — виновато поник парень. — Соседи смеялись только… Дескать, у них что ни боров — то Борька. Имя-то самое свинячье. А боровов Юрок и нет ни одного, хотя свинья с поросятами почитай что у каждого во дворе имеется… Но ить взяли же их?

— Взяли, но это не твоя заслуга. Задержание двух уголовников, плотников экстракласса, произвели еремеевские ребята. Кстати, Фома вскользь упомянул, что оба вопят о своей невиновности. Они якобы творческие люди, члены какого-то союза, были приглашены на секретную миссию и, на кого работают, абсолютно не подозревали…

— Врут! — твердо припечатала Яга, хлопнув ладонью по скатерти. Стол дрогнул, бабка смутилась и разлила всем по второй.

— Врут, естественно. Только смертная казнь им за это все равно не светит. Убийств на них нет, особо тяжких преступлений тоже, пусть потрудятся годок-другой в исправительной колонии строгого режима. Может, сумеют организовать на каторге кружок по выпиливанию лобзиком…

— Никита Иванович, а вот я насчет девицы преступной, Олёна которая… — вновь загорелся Митька, за что Яга быстро отвесила ему воспитательный подзатыльник.

Я немного помолчал, но в принципе парень был прав…

— Видимо, ей удалось бежать. Я отвлекся на летучий корабль, от стрельцов информации насчет ее поимки не поступало. Сам ведь видел, как она буквально растворилась в воздухе…

— Шапка-невидимка! — напомнила бабуля.

Мне оставалось только признать свое поражение:"

"— Попробуем завтра допросить Кощея, он должен дать исчерпывающую картину тех печальных событий. Но если ничего не изменится, то… Олёна по-прежнему остается главной подозреваемой во всех четырех убийствах. Она знала, что мы будем в трактире Поганова, она передала свое кольцо сообщнице Настасье и вполне могла заявиться на встречу утром. Видя, что все пошло не по установленному сценарию, она отравила Селивестра Петровича. Бегство Настасьи тоже могло быть делом ее рук… Ей так же ничего не стоило отравить дворника, который мог дать нам информацию о единственной подружке своей дочери.