Летучий самозванец

Вика взяла со стола чайную ложечку и начала вертеть ее в изящных, украшенных кольцами пальцах.

— А перед Новым годом вы под воду опускаетесь? — спросила она у Никиты. — Ну, когда совсем холодно и вода ледяная?

— Нет, — ответил Редька, — предпочитаю отдых в теплых краях.

— Интересно, — протянула Вика, — а что едят в декабре акулы, если никто с аквалангом не плавает?

Лицо Леонида вытянулось. Да уж, если взял в жены куклу Барби, то будь готов к казусам в светской беседе. Несколько лет назад, когда я еще была женой Олега Куприна, нас пригласил в гости Саша Федотов. Мне не очень хотелось отправляться на вечеринку, которую Федотов затеял, чтобы отпраздновать месяц совместной жизни с новой супругой. Я любила его прежнюю жену и не одобряла уход Саши к восемнадцатилетней красотке, но Куприн настоял, и мы очутились в просторной квартире Федотова. Сначала я с грустью отметила, что новобрачная уже успела избавиться от безделушек предшественницы и даже сменила мебель, но потом появился и повод для веселья. В середине вечера приехал Ваня Суворов. Как всегда, он принес гитару, сел в кресло и объявил:

— Музыкальная пауза! Поют все.

— Ой, как угарно! — обрадовалась юная жена Федотова. — Вы пианист, да?

Похоже, Вика Зарецкая — родная сестра той девицы. Или я старею и поэтому стала нетерпимой к молодым девицам?

Повисшую в столовой тишину нарушил странный цокающий звук из коридора. Прежде чем я успела понять, кто его издает, из коридора долетел истошный женский вопль:

— Иван Василич! Волки! Люди, помогите!

Василий Олегович в сердцах швырнул на стол полотняную салфетку.

— Немедленно позовите сюда капитана! Неужели на борт взяли посторонних?

Официант откашлялся, снял трубку висевшего на стене телефона и с почтением сказал:

— Ивана Васильевича просят срочно зайти в столовую для гостей.

— Волк! Волк! — надрывалась баба. — Готовьте лодку, я на берег схожу!

— Это переходит все границы, — зашипел Самойлов, и в ту же секунду из коридора вошел подтянутый мужчина средних лет. Он не успел издать ни звука, потому что Василий Олегович напустился на него, не скрывая гнева.

— Иван, объяснитесь! Теплоход зафрахтован полностью для моих гостей! Откуда на нем посторонние? Я заплатил немалую сумму, чтобы друзья могли насладиться отдыхом на воде и тишиной. Кто орет на палубе?

Иван Васильевич попытался сгладить конфликт:

— На борту только вы и команда. Мы соблюдаем условия договора.

— Тогда чей визг разлетается по окрестностям? — нахмурился Никита. — И почему дама поминает волка?

Иван Васильевич отвел глаза.

— Это Маргарита, посудомойка, она впечатлительная, наверное, крысу заметила, ну и не сдержалась!

— Крысу! — взвизгнула Вика.