Летучий самозванец

Вот Райкино — большой город, там несколько тысяч населения, но им не повезло, в том месте отмели, кораблю не пристать. Прежний начальник Возюков Алексей Михайлович помер, меня на его должность поставили. Пока привыкаю.

— Отлично, — весело заулыбался Юра. — Все когдато начинали. Тебя предупредили, что ты поступаешь в мое распоряжение?

Андрюша снял фуражку и почесал макушку, покрытую короткими кудрявыми волосами.

— Из Москвы телефонограмма в Вакулово пришла, — наконец сказал он, — там наше начальство сидит. Мне сам Федор Евгеньевич звякнул и велел: «Невзоров, не упади в навоз носом. Сам Виталий Матвеевич тебе приказывает майору Шумакову помогать. Он столичный ферзь, еще наболтает потом, что в Панове и Вакулове тетехи служат. Не опозорь!» Но я сомневаюсь насчет беседы Федора Евгеньевича с Виталием Матвеевичем. Баранов больно высоко сидит.

Юра похлопал ладонью по креслу:

— Садись, Андрюша. С Виталием Барановым я учился в одной группе, мы с тех пор приятели. Вот и велел ему подыскать в Панове понимающего человека.

Невзоров, успевший умоститься в кресле, выскочил из него, как струя из фонтана, и замер навытяжку.

— На булавку угодил? — прикинулся простачком Юра. — Располагайся.

— Я лучше постою! — заорал Андрюша.

— Сесть! — гаркнул Шумаков.

Андрюша спелым яблоком упал на сиденье.

— Шикарно, начинаем договариваться, — восхитился Юрасик. — Итак. Трупа нет!

— Куда ж он подевался? — поспешил с вопросом Андрей.

— Ваще ничего не понял, — заныл паренек. — То тела нет, то оно в спальне.

— Перевозка здесь? — спросил Юра.

— На причале, как велено, — отрапортовал Невзоров.

— Молодец, возьми с полки пирожок, — буркнул Шумаков, вынул мобильный и вышел в коридор.

— Здрасте, — прервал тишину Андрюша. — Вы стихи пишете?

— Нет, детективы, — уточнила я.

— Извините. Романы в стихах?

— В прозе, — пытаясь сохранить невозмутимый вид, ответила я.

— Типа «Евгений Онегин»?

Я сделала глубокий вдох.

— Типа «Три мушкетера».

— Прикольно, — оживился Андрюша. — Я люблю про животных, у нас дома у мамки кролики есть, куры и корова.

Я решила, что симпатичный, но не разбирающийся в литературе милиционер перепутал мушкетера с мустангом, и решила просветить собеседника:

— Три мушкетера — это люди, мужчины.

— Я знаю, — сказал Андрей. — Но у них была собака!

— Чтото не помню, — вырвалось у меня.

— Ну как же! — оживился начальник из Панова. — Она у них продукты тырила, в лодке безобразничала!

Я растерялась еще больше:

— В лодке? Атос, Портос, Арамис и д’Артаньян не путешествовали по воде.

— Они кто? — простодушно спросил Андрюша.

— Мушкетеры. Неужели ты кино с Боярским не видел?

— Ааа! — протянул Невзоров. — Там еще песня про седло. Ничего киношка, но сериал про ментов лучше.