Летучий самозванец

Только в приведенных тобой примерах, хоть и с большой натяжкой, можно говорить о любви, а Василий Олегович…

— Содержал приют, помогал никому не нужным детям и уж точно никого не убивал! — разозлилась Катя.

— Вскрытие показало, что Суханову задушили подушкой, — перебила я. — Красной, взятой в ее каюте с дивана. Теперь скажи, зачем ты унесла думку и приволокла на ее место другую, черную?

— Кто? — с отлично разыгранным удивлением заморгала Катя. — Я?

— Точно, — подхватила я. — Ты! Взяла ее со стула в коридоре.

— В коридоре есть стулья? — продолжила изображать святую невинность Самойлова.

— А то ты не знала, — ехидно прищурилась я.

— Нет, — помотала головой Катерина.

— Я имею в виду раскладные сиденья!

Катя прижала руки к груди:

Слишком много ужасных событий случилось за последние дни на теплоходе, а мои нервы не стальные канаты, поэтому я не смогла держать себя в рамках:

— Хватит ломать комедию! Светлана мне все рассказала! Она видела тебя в коридоре, наблюдала за тем, как многоуважаемая госпожа Самойлова утаскивала из каюты, где должна была состояться оргия ее мужа с малолеткой, вещи, которые могли вызвать изумление у тех, кто будет осматривать помещение. Своевременная предосторожность! И зачем современному подростку школьная форма советских лет? Откуда у сироты деньги на роскошное белье? Но ты так торопилась, что оставила галстук, флакон с элитной туалетной водой, тапочки и еще коечто.

— Верно, — кивнула Катя. — Я приводила в порядок каюту! Василий Олегович приказал! Он очень испугался! Да только девочка уже умерла, когда Самойлов вошел к ней! Муж приблизился к кровати, увидел труп и сразу позвал меня.

— Ты всегда зачищаешь за педофилом его охотничьи угодья? — спросила я. — Хозяйка интерната сексуальных услуг!

— Если ничего не знаешь, лучше не говори. Я спасала девочек от ужасной судьбы.

— Точно, — подхватила я. — Забирала их из приютов, где малышки жили в неподобающих условиях, селила в уютных спальнях, кормилапоилаодевалаучилапомогала найти работу. Но, как известно, бесплатный сыр бывает лишь в мышеловке, девочкам приходилось расплачиваться за свое «счастливое детство». Кстати, затея с монахинями — отличный ход. Российский человек почемуто уверен: все священнослужители хорошие люди. Наверное, это верная мысль. Воцерковленный, истинно верующий человек никогда не нанесет другому вреда. Но ведь одежда монашки — это форма, ее может купить и надеть любой. Тихие женщины в черных платьях до полу и косынках на голове не имеют никакого отношения ни к одному из монастырей. Во время нашей беседы Светлана несколько раз повторила: «Мы с Ирой видели. Спросите у Иры». Она тоже была свидетелем преступления, могла проболтаться. И что случилось с бедной девочкой? Она умерла.