Летос

Пламя до сих пор горело синим.

Она услышала шаги в гостиной, осторожно вышла туда и увидела человека в капюшоне.

— Поговорим, указывающая? — спросил он.

И Шерон, растерянная, подавленная и ничего не понимающая, сделала машинальный шаг назад. Ей показалось, что из-под капюшона на нее смотрит сама тьма.

Тэо сел на кровати, все еще чувствуя на коже холодные нечеловеческие пальцы, вытаскивающие его из темной бездны. Горло до сих пор саднило от соли, и он был благодарен хозяйке за кувшин воды, оставленный на прикроватном столике.

Пружина выпил где-то половину, прежде чем горечь отступила.

Комната, которую ему выделили, была маленькая, но теплая — через нее с нижнего этажа на крышу проходила печная труба. Он не знал, сколько спал, но судя по бледному свету, сочащемуся из окна, и продолжавшемуся дождю — недолго. Было утро, и акробат прекрасно слышал грохот моря за толстой каменной стеной.

Прислушиваясь к этим мерным ударам, точно тарану, бьющему в городские ворота, Пружина поежился. Понимал, что ночью уцелел лишь благодаря чуду и странной благосклонности уин.

Его одежда отсутствовала. Деньги, найденные в потайном кармане, аккуратно лежали рядом с сумкой, словно хозяйка показывала, что чужого ей не надо. Также она поделилась вещами с гостем. Рядом с плотными штанами он нашел серую льняную рубаху и свитер грубой вязки, из темной овечьей шерсти. Размер оказался не его, чуть тесноват в плечах, но он все равно был благодарен за эту доброту. В Летосе было гораздо холоднее, чем на материке, и оставалось лишь сказать спасибо тем, кто о нем позаботился.

Акробат натянул штаны, прислушиваясь к себе и понимая, что жжение на спине никуда не делось, просто ослабело, чтобы Тэо почувствовал его сразу. Он подошел к узкому зеркалу, стал к нему спиной, обернулся через плечо, разглядывая видимую часть рисунка. Не имело смысла убеждать себя, что ничего не изменилось.

«Отростки» водоворота сплетались между собой в косу и еще ближе подобрались к левому плечу.

— У тебя не так уж много времени, приятель, — серьезно сказал он своему отражению.

Лавиани была права. У него с каждым днем все меньше шансов. Стоит поговорить с кем-нибудь из указывающих. Конечно, если они захотят с ним разговаривать, а не прикончат сразу, как какого-нибудь заблудившегося.

Тэо не исключал такой возможности.

Он оставил сумку и деньги на столике, спустился вниз. В зале горел очаг и, греясь у огня, сидел седовласый мужчина, укрывший ноги толстым клетчатым пледом сине-зеленого цвета.

— Доброе утро, — поприветствовал его акробат, но тот даже не повернул головы.

Из кухни вышла Ирма — женщина, которая по просьбе девушки в алом плаще дала ему приют. Немолодая и грузная, она улыбнулась ему. Вытирая мокрые руки о вышитое полотенце, сказала негромко:

— Доброе.