Летос

— Ищут нас? — спросил Тэо, выходя из укрытия и глядя на труп.

— Не похоже. Просто патруль. Кажется, те, которых мы видели утром, из другого клана. — Она ткнула на бледное лицо, указала на татуировку, украшавшую бледное лицо, а затем деловито начала срезать волосы-иглы.

— Что ты делаешь? — удивился Пружина.

— То, что не успела сделать раньше. Это хороший яд. И лекарство тоже можно сварить, если знаешь как.

Она взяла десять штук черных у основания и белых, почти прозрачных, на кончиках. Завернула в плотную кожу, вырезанную из безрукавки мертвеца. А потом, схватив труп за ногу, поволокла в дом.

— Если есть один патруль, то могут быть и другие. Кроме того, рано или поздно мэлги поймут, что их товарищ пропал.

— Верно, мальчик. Но если бы я его не прикончила, он бы уже сейчас переполошил всю округу. Смотрите в оба.

За следующий час блужданий в лабиринте развалин они больше никого не встретили, что устраивало Лавиани целиком и полностью.

— Если они несут дозор, значит, им есть от кого защищать свое логово, — задумчиво произнес Тэо. — И вряд ли подобные существа опасаются людей. Здесь есть кто-то еще.

— Другие кланы мэлгов, — оглянулась Лавиани, проверяя, не идет ли кто за ними.

— Не только, — возразила Шерон. — Есть то, что заставляет огни гореть синим.

— И отчего же оно столь стеснительно? — Лавиани остановилась у крайнего дома, осторожно выглянула, изучила следующую улицу. — Почему до сих пор не напало на нас?

— Очевидно, что нам дают безопасный проход.

— Если это шаутт, то очень мило с его стороны так позаботиться о своих друзьях.

В следующий раз первым опасность заметил Тэо. Он тронул Лавиани за плечо, указав направо.

Тварь, вооруженная луком, ни от кого не прячась, смотрела в противоположную сторону.

Сойка отступила под прикрытие стены:

— По этой улице мы не пройдем. Он нас обязательно заметит. Давайте назад.

Переулками они вышли в другой квартал, обойдя стрелка стороной. В этой части города строения сохранились куда лучше.

Стройные фасады зданий, все еще облицованные прекрасным синим мрамором, великолепные, лишь едва отколотые по краям чаши фонтанов, в которых теперь собиралась дождевая вода.

Шерон поразила воздушная красота этого места. Оно совсем не походило на Нимад или другие города Летоса. Перед ее глазами лежало прошлое. Ее прошлое. Прошлое целого народа. То, что они потеряли благодаря Катаклизму.

Ей стало до боли обидно, что она не застала времена, когда Талорис был домом великих волшебников, прекрасным портом, сияющим в рассветных солнечных лучах. Мирным и спокойным. Таким, каким ему уже никогда не бывать и каким его больше никто не увидит.

Указывающая почувствовала глухую тоску от несправедливости судьбы, которая обрекла ее народ жить на развалинах былого величия.