Летос

В следующую секунду сойка вздрогнула, а акробат отшатнулся назад, прикрыв глаза рукой, таким ярким было пламя.

— Шаутты вам в горло! — буркнула Лавиани, злясь на себя за секундный испуг. — И после всего этого еще кто-то смеет говорить, что Тион уничтожил волшебство.

— Грейтесь, — улыбнулась Шерон. — А мне надо еще кое-что сделать.

Тэо не следовало просить дважды. Он протянул руки к белому ревущему огню, от которого шел сильный жар, пробормотав:

— Что еще надо для счастья…

Лавиани для счастья надо было, чтобы Шрев навсегда забыл о ее существовании. Она смотрела, как указывающая стальным стилосом рисует на песке странные знаки, окружая их стоянку.

— Полагаешь, это поможет?

— Надеюсь, да. — Она не поднимала глаз от рисунка на земле и не прерывала работу. — Заблудившихся точно остановит.

— А других? — Тэо снял мокрые ботинки, вытянул ноги к огню.

— Нет. Пожалуйста, не отвлекайте меня. Я не хочу допустить ошибку. Надо успеть закончить с этим до наступления ночи.

Небо почти погасло, и светлая бело-желтая полоса, след от уже исчезнувшего солнца, осталась лишь у горизонта. Тени расползлись, встали на дыбы, распахнули крылья, обратились в ночь. Еще несколько минут, и закатная полоса сжалась в тонкую нитку, а затем и вовсе пропала.

Шерон вернулась в круг огня, села на теплый песок, блаженно потянулась, чувствуя, как ноет поясница. Акробат развязал вещмешок, доставая продукты, которые им дали на ферме, и девушка почувствовала, как голодна.

— Да, спасибо. Ты разожгла странный костер.

Она улыбнулась и сунула руку прямо в огонь:

— Он греет, но людей не обжигает. Очень удобно в походах.

Лавиани потянулась, чтобы удостовериться в ее словах, но тут пламя мигнуло и начало наливаться алым, точно кровь, цветом. Указывающая, мгновенно оказавшись рядом, крепко вцепилась ей в запястье, отдергивая назад. Заставляя алое вновь стать белым.

— Что за шутки?!! — У сойки не получилось сдержать гнев.

— Не могу поручиться, как на тебе отзовется такой огонь. Теперь я знаю, кто ты, Лавиани.

Та прищурилась, чувствуя, что Тэо весь обратился во внимание.

— И кто же я, по-твоему, девочка?

Смех ее был как стук полых костей друг об друга.

— Ты ошибаешься. Я не таувин. Великих воинов, блюстителей света, нет со времен Войны Гнева и случившегося за ней Катаклизма. Паладинов перебили. Скованный — ту их часть, которая сражалась на стороне Тиона, и Тион — ту, которая встала на сторону Скованного.

— Выходит, ты все же знаешь некоторые из легенд.

— Помнишь стишок из детства?

— Никогда не слышала, — пожала та плечами. — Глупые детские стишки. Их напридумывали, похоже, без счета.

— Я наблюдала за тобой. — Девушка с благодарностью кивнула, когда Тэо протянул ей мясо и хлеб. — Ты мало ешь. Точнее, почти не нуждаешься в пище.