Лето волонтёра

И там такая косметика… так пахнет!

Я действительно почувствовал свежий запах, одновременно травяной и цветочный. Кажется, у матери был похожий когда-то давным-давно. До Перемены.

– Моя очередь, – сказала Милана и юркнула в ванную, добавив напоследок: – Мужчины должны терпеть, мужчинам не привыкать быть вонючими и немытыми!

– Не хочу быть вонючим, – пробормотал я. Выглянул в окно. Ивана в бассейне уже не было. Вообще огромная яхта казалась пустой, но для кого тогда сервировали столы в ресторане?

В дверь снова постучали.

Три официанта принесли три стопки одежды. Один бы попросту их не донес.

– Ого, – заинтересовалась Дарина. – Это явно мой размер… слушай, тут столько всего!

Действительно, одежды хватало. И белье, не столь эротичное, как в шкафу, но явно дорогое, и верхняя одежда, и обувь… Все было одновременно и разное, и выдержанное в едином стиле. Дарина с восторгом перебирала тряпки и тряпочки, прикладывала к себе и поглядывала в зеркало на стене.

Я как-то даже растерялся. Мы с ней ходили в магазины, она покупала себе одежду вместо комбинезона жницы, но самую обычную, нормальную – джинсы и блузки, курточку от дождя… А что, ей хотелось вот такого всего? Эту тельняшку… с виду обычную, но явно стоившую как целый костюм? Таких вот коротких, по лодыжки, брючек? Мягких туфель на белой подошве, блузок с золочеными пуговицами? Люди после Перемены стали как-то проще относиться к одежде… мне так казалось.

Наверное, я не в те магазины Дарину водил.

Вышла Милана, тоже в халате, веселая и благоухающая парфюмом. Я взял свою стопку одежды (кто бы ее ни выбирал, глазомер у него был хороший), зашел в ванную. Сложил одежду на туалетный столик (ага, пространство позволяло). На мгновение задумался, есть ли тут скрытые камеры. Пожал плечами и стал раздеваться.

Да плевать, если следят – то пусть любуются.

Я вымылся с удовольствием. Напор воды был сильный, температура держалась ровная, как установишь. Помимо шампуней и гелей явно женских, нашлись мужские – в черных дорогих флаконах, пахнущие ментолом и цитрусом. Под конец я вывернул регулятор до конца и постоял под ледяным душем, дожидаясь, пока организм не взмолится о пощаде.

Организм не взмолился.

Все-таки я был в состоянии Призыва. Неполном, но делающем меня крепче и выносливее обычного человека.

Вытираясь, я еще раз попытался осмыслить ситуацию.

Мы живы – это плюс.

Мы выбрались из тюрьмы, где должны были провести всю жизнь, причем сделали это удивительно быстро. Это тоже плюс.

Никто здесь не знает, кто мы такие. Разве что корабль Инсека… но, судя по его сопротивлению, он не сдастся живым и не даст Прежним информации. И это тоже плюс.

А что насчет минусов?

Увы, их еще больше.

Это чужой мир, чужая Земля. Наши места тут уже заняты. Это минус.

Мы в руках Прежнего.