Лето не вечно

 – Так, может, это он консультировал Качалина? – Богданов схватился за телефон, набрал номер и дождался, когда ответят. – Дора Моисеевна! Я насчет того товарища, фамилию которого вы забыли. Не Збруев, случайно? Спасибо.

– Ну что? – спросила Ульяна."

"– Это был он.

– Есть еще одна проверенная мной информация, – продолжила она. – Збруев рылся в архиве и просматривал те же документы, что и я. Все они касались усадьбы Тишь-на-Тоске. А за два месяца до него их запрашивал Качалин.

– И тот и другой хорошо обучены работе с архивными документами. Это же их профессия, – сказал Богданов.

– Я говорила с Кружилихой. Не так давно она встречалась с Качалиным. Это она подкинула ему фамильную легенду о сокровищах Герасимова и его зашифрованном послании.

– Она здесь при чем? – хмуро спросил Богданов.

– Дальняя родственница. Потомок, седьмая вода на киселе.

Он глубоко вдохнул, похлопал себя по груди и шумно выдохнул, словно подводя черту.

– Вот все и схлопнулось! Легенду о сокровищах фабриканта Герасимова запустила Кружилиха. Качалин отыскал прямые и косвенные подтверждения, проконсультировался у Збруева, возможно, не слишком распространяясь. Тот, смышленый и корыстный человек, по нескольким оброненным фразам догадался, о чем идет речь.

– Все так, – согласилась Ульяна. – Но неужели все эти приличные с виду люди причастны к убийству Инютина? Как профессор архитектуры мог вляпаться в такое дерьмо?

– Ты рассуждаешь как дилетант, – заметил Богданов. – На моей памяти все самые страшные преступления совершались именно такими людьми. В их арсенале интеллект и отточенный ум. Вкупе с беспринципностью и цинизмом такие преимущества дают тотальные результаты.

– Хотелось бы знать, кто убил самого Качалина.

– Неужто не догадалась? Кто-нибудь из их же компании. Легко угадать причину: Качалин, считая себя одиночкой, сказал «А», но не захотел объясняться дальше.

– Мне не до конца ясна роль Конюхова, кроме того, что он по заказу Качалина сбивал плитки в мезонине. Что касается пресловутых сокровищ… – Ульяна встала, подошла к окну и, оглядев служебную парковку, продолжила: – Вообще-то, если хочешь знать мое мнение, – все это сказки. Фабрикант был просто сумасшедшим стариком. Промотал состояние, а потом сочинил историю про зашифрованный клад.

– Он не был стариком, ему было всего сорок восемь лет. И, если хочешь знать мое мнение, я ему верю. – Богданов взял со стола протокол и сунул его в папку. – Доверимся знающим людям, которые, возможно, умнее нас.

– Ты о ком?

– Качалин и Збруев в своей области гуру.

– Такое утверждение трудно оспорить. – Заметив, что Богданов посмотрел на часы, Ульяна спросила: – Спешишь?

– Жду, – коротко ответил следователь.

– Кого?

Он уточнил:

– Чего.